В моем голосе прорезался сарказм, но гость проигнорировал его и серьёзно спросил:

— Как ты получил эти сведения?

— Кровью и потом, — усмехнулся я. — Берёшься за дело или мне найти кого-то другого? Боги, конечно, не будут заниматься такой мелочью, а вот полубоги — вполне.

— А чего же ты сразу не пошёл к ним, а позвал меня — всего лишь на четверть бога? — ухмыльнулся Хродгейр.

Именно четвертушка божественной крови позволяла ему ходить между мирами в своем собственном теле, не сгорая во время перехода.

— Так мы же с тобой друзья.

— То, что я охранял темницу Асгарда, в которой в том числе томился и ты, не делает нас друзьями.

— А как же ночи, проведённые за игральными картами? — иронично проговорил я, сложив руки на груди. — Они для тебя ничего не значат? Мы ведь на протяжении трёх лет видели друг друга.

— Локки, наверное скажу крамольную вещь, но это были не самые лучшие мои деньки, — съязвил асгардец и тут же насмешливо добавил: — Говорят, ты провёл ещё больше времени в темнице богов из греческого пантеона. И где тебе больше понравилось? Какие у них условия? Может, что-то посоветуешь асгардцам?

— Посоветую не швырять в тюрьму невиновных.

— Локки, ты пытался украсть молот Тора.

— Я лишь хотел удостовериться, что действительно достоин поднять его, — сказал я чистую правду, вспомнив свои юные годы.

Да, тогда я был не на пике своего интеллектуального развития. А вот любопытства и самомнения во мне хватило бы на океан.

— Ладно, хватит ворошить прошлое. У кого Ларец вечных зим? Что ты хочешь за имя этого вора?

— Пустяк. Всего лишь крошечную услугу, — сказал я, соскочив с подоконника.

— Нет уж, Локки. Говори сразу, чего хочешь. Твой пустяк всегда оборачивается далеко не пустяком, — проговорил асгардец, поправив повязку на лице.

— Хм, мне нужна смерть той, у кого сейчас Ларец.

— И зачем? — вопросительно вскинул лохматую бровь Хродгейр, поворачивая следом за мной лицо, пока я шёл от подоконника к шкафу.

— Вот тут тебе придётся принести ещё одну клятву. Она будет касаться моей жизни. Ты ни словом, ни делом не навредишь мне, ежели я тебе всё расскажу.

— Ты истинный потомок Локи, — с осуждением проронил Хродгейр и произнёс клятву.

А я рассказал ему, что некая сука Дагра обещает Ларец вечных зим тому, кто лишит меня жизни.

— Гы-гы-гы, — снова загоготал гость. Благо на сей раз он ограничился несколькими секундами, а потом с усмешкой проговорил: — Теперь понятно, почему ты взял с меня клятву не вредить тебе. Опасался, что я грохну тебя, и Дагра в награду отдаст мне Ларец?

— Ты физиономию-то свою видел? — ехидно спросил я. — Вылитый головорез. Так что? Договорились?

— Я найду эту Дагру, убью и заберу Ларец, — твёрдо проговорил Хродгейр и поднялся с облегчённо скрипнувшего кресла.

Потомок бога оказался на голову выше меня.

Клянусь душой Локи, в последнее время чуть ли не всё выше, мускулистее и здоровее, чем моё тело. В душе завозилось раздражение, но я быстро унял его и поведал гостю всё, что знал о Дагре. Тот выслушал меня и растворился в воздухе.

А я подумал, что наверняка одним из условий сотрудничества Дагры и киллеров является сокрытие информации о Ларце от властителей Асгарда. Ведь, как я и надеялся, Хродгейр ничего не знал о таком заказе — Ларец в обмен на смерть Локки из рода бога Локи.

Часть IX . Петроград

Конечно, я не успел выспаться за остаток ночи. Поспал всего ничего. Потому всю учёбу зевал да норовил задремать.

Барон Лисов с подозрением смотрел на меня и пытался исподволь выяснить, почему я такой невыспавшийся. Его почему-то не устроил мой честный ответ, что я полночи зверолюдов гонял и сам от мертвяков убегал.

Лисов недовольно нахмурился.

Однако после учёбы он вызвался помочь мне собрать вещи в путь-дорогу, но я отказался от его услуг и самостоятельно собрал чемодан. Да и к выходу с территории академии сам его покатил. У ворот блестел на солнце комфортабельный чёрный микроавтобус человек на пятнадцать. Стёкла затонированы, а на двери герб академии.

Водитель взял мой чемодан и отправил его в багажное отделение, после чего я проник в микроавтобус. Оказалось, что не хватало только меня. Все остальные уже были на месте.

— Опаздываешь, Громов, — упрекнул меня Шилов, сидя впереди рядом с бывшей женой и местом водителя.

— Виноват, — вздохнул я и устроился около взволнованного Румянцева, крепко пожавшего мне руку.

— Ого, Громов, признал, что виноват! Кажется, грядёт конец света, — сострил Шилов.

Но никто даже не улыбнулся. В микроавтобусе царила напряжённая недружественная атмосфера. Баронесса Огнева и графиня Белова хмурились в разных концах салона и будто не замечали друг друга.