— Не знаю я!

— Странно. Должно быть, он классный.

— Да, он хороший. — Вика замолкла, вспоминая. Она счастливо улбнулась. — Он типа как Лешка и Дима в одном лице, только в хорошем смысле. Заботливый и добрый, и при том не скучный. Горячий. — Она осеклась, потом продолжала, но уже неуверенно: — Просто иногда он вдруг начинал меня бесить. Как будто ты сначала обжираешься тортом, а потом тебя воротит от него. Сразу начинаешь думать о том, какой он жирный и вредный. Правда, он умеет вовремя отстать, как будто чувствует, что бесит.

Дашка вздохнула.

— Хм. Ясно. А что он тебе предлагал? Жить вместе?

Сердце Вики подпрыгнуло, когда она вспомнила разговор и свой позор.

— Замуж хотел позвать, — упавшим голосом ответила она.

— О-ля-ля, — выдохнула Даша. — И что же? Почему не позвал?

— Сказал, что я с ним обращалась так, будто я барыня, а он — холоп.

Брови у Вики полезли на лоб, когда Даша понимающе покивала головой.

— Так-то да. Есть у тебя такое. Ты сама-то не всегда сладкая. Ты хоть и веселая девчонка, но порой брюзжишь, как старуха. Готовить не умеешь, еще и это вон. — Подружка наклонилась поднять с полу Викин кардиган. — Неряха та еще. Ну а что? Когда ты не приглашаешь клиенток на дом, ты же пальцем не шевельнешь.

— Ты разве не должна меня поддержать, а не добить?

— Кто еще тебе правду скажет?

— С чего это ты о себе возомнила! — развеселилась Вика.

— С того, что ты живешь бесплатно в моей квартире, — рассмеялась Дашка.

Вика с грустью вздохнула.

— Выходит, ничего-то во мне и нет такого? Зачем же я ему сдалась?

Дашка пожала плечами.

— Ну хочется ему. Что теперь? Кстати, сучка. Теперь ты поняла свое это «так похудей»? Думаешь, это проще, чем научиться готовить, убирать и развлекать взрослого мужика?

Обе прыснули со смеху, потом замолкли одновременно и некоторое время сидели молча.

— Мне кажется, я все просрала. — Вика отчаялась.

Дашка прищурилась. Некоторое время она соображала.

— Так, не ной. Поскольку давать советы со стороны проще, я могу предложить один план.

Через пару дней, в пятницу вечером, Вика приехала к офисному зданию «Сочи-строй». День выдался промозглым, но она терпеливо ждала на улице неподалеку от «Митсубиси». Село солнце, подморозило и пошел снег, и ей пришлось пойти в ближайшую кофейню. Она сидела за столиком, а автомобили уезжали со стоянки, и в окнах здания гасили свет. В восемь кофейня закрылась. Но Вика осталась. Наконец, в десятом часу, она увидела Женю. Он торопливо шел к автомобилю с кипой бумаг в руках. Когда Вика вышла под свет фонаря, он резко сбавил шаг. Она увидела, что он нахмурился.

Женя подошел к автомобилю и встал. Неуверенно Вика тронулась навстречу.

— Привет.

— Привет…

— Извини, что не предупредила. Я боялась, ты не захочешь встретиться.

Женя смерил Вику взглядом.

— И давно ты ждешь?

— А что? Да я тут неподалеку в кофейне сидела, пока у них рабочий день не кончился. Не парься. — Она осеклась. — Ты это из вежливости спросил, да?

Женя сдержанно улыбнулся.

— Что, поговорить приехала?

— Да. Ты, наверное, голодный? Я вот тебе приготовила тут. — Вика потрясла пакетом. — Классный пирог. Еще теплый даже, прикинь? Я бармена в кофейне задолбала, он мне раз десять его грел.

Женя согласно кивнул и пригласил Вику в автомобиль. Он снял куртку и закинул ее и документы на заднее сиденье. Она внимательно следила за тем, как он открыл пластиковый контейнер, взял кусок мясного пирога и откусил.

— Вкусно. Действительно, еще теплый, — сказал Женя, и взял второй кусок. — Признавайся, в кофейне купила? — спросил он полушутя.

— Нет. Дашка научила.

— Ладно. — Он задумчиво поглядел на нее. — Говорить-то будешь?

Вика потерла кончик холодного носа указательным пальцем. Она приготовила несколько версий, но так и не выбрала ни одной, которая бы устроила до конца.

Подставив ладони к решетке на приборной панели под струю теплого воздуха, она сказала:

— Женя, что, если я скажу, что вела себя неправильно? Если пообещаю ценить то, что ты для меня делаешь? Что не буду больше обращаться с тобой, как с мальчиком и буду ласковой?

Женя постучал пальцами левой руки по рулю.

— Зачем?

Она пожала плечами.

— Не знаю…дружить?

— Хм. — Женя помотал головой и отвернулся к лобовому стеклу.

— Женя! — отчаялась Вика. — Я не знаю, как это все делается, понимаешь? С другими все было иначе. Либо они делали что-то, чтобы меня вернуть, либо я сама возвращалась, и они радостно принимали меня назад. А с тобой все не так. Ты какой-то странный, Женя!

Он снова повернулся к ней лицом.

— Может быть, у меня скитлсстрянка?

Вика залилась веселым смехом.

— Ты классный, — совершенно искренне сказала она. — Не пойму, зачем тебе дурочка вроде меня?

— Действительно.

— Вот опять! Почему ты не скажешь «может, потому что я люблю тебя» или вроде того?

— Я не люблю дурочек, Вика. Они считают, что могут вытворять любую дичь, и им за это ничего не будет.

В разговоре повисла пауза. Женя снова постучал пальцами по рулю.