– Каждый раз, увидев знакомого актера, ты спрашиваешь, где он снимался раньше, – напомнила Тара. – Потом десять минут копаешься в Википедии, ищешь всю фильмографию какого-нибудь актера из списка Б, вместо того чтобы просто смотреть фильм.

– К счастью, мы смотрим наше свадебное видео, так что на экране все будет понятно, – сказал Колин, беря пульт и включая воспроизведение.

На экране появились титры: «Это видео посвящено празднованию свадьбы Колина О’Хары и Тары Фитцсимонс». Все сменилось вступительным снимком у собора, на котором присутствовали люди в строгих костюмах. Далее следовали несколько интервью с пожеланиями Таре и Колину.

Внезапно на экране появился бодрый и энергичный Рори, на носовой перегородке которого белели снежинки некоего порошка.

– Боже милостивый, Рори был под кайфом на нашей свадьбе? – потрясенно спросила Тара.

– А ты ожидала чего-то другого? – Колин рассмеялся. – Верно, он родился с серебряной ложкой во рту.

Рори начал говорить прямо в камеру.

– Оператор, как вы называете похороны для двух человек?

Оператор не ответил.

– Свадьба! – воскликнул Рори и истерически рассмеялся.

– Он действительно единственный в своем роде! – усмехнулся Колин.

– Очень на это надеюсь, – проворчала Тара.

– Надеюсь, где-то там специально для него еще есть женщина, – сказал Колин, потягивая вино.

– Да поможет ей Бог!

На экране появился бывший босс Тары Том О’Мэлли.

– О боже, посмотри на Тома! – сказала Тара, и ее сердце наполнилось радостью.

– А теперь послушай меня, Тара, – игриво обратился Том к оператору. – Я знаю, ты сейчас трудишься в Дублине на своей большой престижной работе. Но когда ты вернешься навестить меня в «О’Мэлли»?

– Благослови его Господь! – сказала Тара. – Я такая плохая – не навещала его столько лет!

Колин промотал запись вперед, к тому моменту, когда Тара вышла из белого ретро-авто и направилась к дверям церкви.

– О боже, я была такой худенькой! – вскрикнула она, не веря своим глазам.

– Такой же и осталась, – рассмеялся Колин.

– Перестань! Сейчас я – выброшенный на берег кит по сравнению с тем, что было тогда. У меня даже намека на животик не было! Все, начинаю кето-диету, – решила Тара.

– Это не безуглеводная? Как насчет твоего сырно-чесночного хлеба? – спросил Колин.

– Буду готовить на аэрогриле, пока мешочек на животе не исчезнет.

На видео, снятом внутри церкви, мелькнуло лицо Колина.

– Боже мой, ты был таким симпатичным! – вздохнула Тара.

– Извини… Я был таким симпатичным? – спросил Колин.

– Ох, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, – отмахнулась Тара.

– Представь, если бы я сказал: «Ты была такой хорошенькой!» Началась бы мировая война, – отметил Колин.

Тара знала, что он прав.

Она ничего такого не имела в виду, но если бы на ноге у нее была туфля, она бы воспользовалась ею, чтобы дать ему хороший пинок. Тара прекрасно знала, что Колин по-прежнему красив. Она видела, как смотрят на него другие женщины – даже такие, как Селин. Стресс, вызванный ЭКО, не состарил его, как состарил ее. Иногда она даже жалела, что он такой красивый, и в некоторых случаях ревновала, хотя гордость мешала сказать об этом вслух.

– Ладно, ты прав. Тогда ты был по-мальчишески красив, но сейчас красив по-другому – по-мужски. Разве это справедливо? – спросила она.

– С этим можно поработать. Но, к твоему сведению, мужчинам нужно время от времени делать комплименты. Буквально один комплимент в год поможет нам продержаться, – пошутил он.

На видео Тара шла к алтарю рядом со своим отцом. Увидев его живым на экране, она ощутила острую боль утраты.

– С тобой все в порядке? – спросил, почувствовав ее печаль, Колин.

– Да, просто так странно его видеть… Слишком рано он ушел.

– По крайней мере, он смог выдать замуж свою единственную дочь. Уверен, это многое для него значило, – сказал Колин, обнимая ее за плечи.

На экране все обернулись, чтобы посмотреть на идущую по проходу Тару. Все, кроме Патриции, – матери Колина. Печаль Тары сменилась шоком.

– Посмотри на это: твоя мать даже не обернулась! Я же говорила тебе, что она меня ненавидит, – надулась Тара.

– Она не ненавидит тебя, а просто сосредоточилась на моей реакции, – неуверенно сказал Колин.

– Типичная ирландская мать, помешанная на своем золотом сыне, – проворчала Тара, делая глоток вина.

– Давай просто перейдем к клятвам, – предложил Колин, пытаясь сменить тему.