Он включил перемотку и остановил на том месте, где юная Тара зачитывала с экрана брачный обет: «Знаешь, когда ты впервые вошел в “О’Мэлли”, я не увидела незнакомца. Я увидела кого-то, кого знала всю жизнь, но просто еще не встречала. Я всегда была суеверной, но то, что испытала, когда увидела тебя… Это была любовь с первого взгляда. Из всех пабов во всех городах по всей Ирландии ты должен был войти именно в мой! Это было так, как если бы мы были вместе в прошлой жизни и снова воссоединились. Я знаю, что даже когда мы в конце концов потеряем друг друга в этой жизни, то снова встретимся в другой, несмотря ни на что. Потому что наше пламя горело с начала времен. Судьба всегда найдет способ свести нас вместе и сохранить наш вечный огонь. Я люблю тебя, Колин! Навеки и всегда».

Тара посмотрела на Колина, сидевшего рядом с ней на диване, и увидела слезы в его глазах.

– О боже, ты плачешь? – недоверчиво спросила она.

– Нет, у меня потеют глаза. Наверное, от этого дурацкого благовония, – неубедительно объяснил Колин.

– Я думала, они раздражают нос, а не глаза, – уколола мужа Тара.

На экране со своей клятвой выступал Колин: «Тара, в тот вечер, когда мы встретились, я понял, что нет и не будет другой женщины, которая вызовет у меня такие чувства, которые вызвала ты. Для тебя это была любовь с первого взгляда, но для меня – любовь с первой стычки. Как только мы начали сводить друг друга с ума, я понял, что мы безумно влюблены. Я не знаю, что заставило тебя забраться на заднее сиденье моего мотоцикла в ту ночь, но знаю, что, если бы ты этого не сделала, моя жизнь была бы совсем другой. И сейчас, в этот момент, для меня нет другого места, кроме как здесь, перед тобой, перед всеми нашими друзьями и родными, – места, откуда мы начнем нашу следующую главу. Спасибо за то, что ты сделала меня самым счастливым человеком в мире! Я люблю тебя, Тара! Всегда и навеки».

– Я и забыла, как сильно мне нравились твои клятвы, – сказала Тара, заливаясь слезами, и придвинулась поближе к нему на диване. – Хорошо, теперь я хочу посмотреть наш первый танец.

Колин переключил на их первый танец. Когда они встретились посреди танцпола, заиграла их свадебная песня Eternal Flame группы The Bangles. Так случилось, что именно она заиграла в ресторане на их третьем свидании, когда Колин официально попросил Тару стать его девушкой.

– О боже мой, – сказала Тара, услышав музыку. – Наша песня!

Колин встал и жестом пригласил ее присоединиться к нему в танце. Тара взяла его за руку. Он притянул ее к себе, и они начали медленный танец, вторя происходящему на экране. Он поцеловал ее нежно, но настойчиво. Доктор Берк была права: ностальгия, безусловно, оказалась мощным афродизиаком.

– Думаю, тебе пора перестать спать на диване, – сказала Тара, положив голову ему на грудь.

Ни о чем не спрашивая и ничего не говоря, Колин подхватил свою жену на руки и понес наверх.

Колину нравилось целовать ее мягкое тело, но вот ему не хватило твердости. Проблема с эрекцией тут же отозвалась страхом, что усугубило ситуацию.

– Я сейчас, – бросил он и поспешил в ванную.

В аптечке у него хранился тайный запас виагры, о котором Тара до сих пор не подозревала. Принимать ее он не любил, но давление, связанное с попытками завести ребенка в течение последних нескольких лет, создало у него своего рода психологический блок.

Глядя на синюю таблетку в своей руке, Колин решил провести небольшой эксперимент. Он открыл на телефоне «Флинг» и кликнул по профилю Клэр. Как и ожидалось, онлайн ее не было. Колин прокрутил назад их текстовые разговоры и вернулся к тому месту, где они обменялись фотографиями. Пролистав назад, нашел фото Клэр в красном белье, представил, как срывает его с гладкого тела и делает все, что ему захочется. Прием сработал – беспокойство отступило, и поэтому он положил маленькую синюю таблетку обратно в коробочку.

Ожидая Колина в спальне, Тара пыталась найти подходящую соблазнительную позу. Она не знала, зачем он убежал в ванную, но надеялась, что он воспользуется тем одеколоном, который ей нравился. Однажды на Рождество она купила мужу Sauvage от Dior, но запах раздражал обоняние, и Колин от него отказался. К сожалению для Тары, находившей в этом аромате что-то, что по-настоящему ее заводило. «Может быть, хотя бы сегодня», – думала она.

Колин, с другой стороны, был любовником-визуалом. Он хотел видеть как можно больше. Много лет назад Тара пыталась исследовать эрогенные зоны на его теле, но после долгих опытов обнаружила, что у него есть только одна.

Колин ворвался в спальню, как актер, пропустивший свой выход на сцену.

– Итак, на чем мы остановились? – спросил он, продолжая с того места, где остановился. Он начал целовать ее в шею, что, как ему представлялось, доставляло ей удовольствие. – Нравится? – спросил Колин и, получив подтверждение, продолжил.

Что касается оргазмов, то Тара верила в старую мантру «притворяйся, пока не получишь». Так что ей, чтобы получить желаемое, приходилось играть. Вот только с последнего представления прошла целая вечность, и навык подзабылся.