Твердо приняв решение, я, задув свечу, поспешила выбраться из подземной темницы, и сразу направилась к выходу из церкви, а потом напрямую к выезду из поместья из своей машине. Плевать на вещи, и на воду, оставленную в оранжерее тоже плевать. Сейчас мне нужно что-то простое и человеческое, что-то, что не даст мне свалиться в психоз, захлестнувший в свое время Джеймса Блэквуда и Джона Мортимера. А вещи можно будет и потом забрать.

Усевшись за руль, я даже повеселела. Плевать уже на все эти тайны. За эти три дня я так устала от практически постоянного напряжения, что только рада буду избавиться от этого дома с его тайнами. А сейчас я хочу горячий кофе, крепкие объятья и поцелуй. Возможно даже с продолжением.

Но радость моя длилась не долго. Вплоть до того момента, как я повернула ключ зажигания, а машина на это не отозвалась ни звуком. Я проверила бензин, масло, аккумулятор – все было в порядке. Машина словно умерла. Моих скромных познаний было недостаточно, чтобы понять в чем проблема. Но так просто сдаваться я не собиралась. В конце концов, можно позвонить Нику или просто вызвать такси. Так или иначе, оставаться здесь я не хочу. Сердито пнув так не вовремя подведшую меня технику в колесо, я направилась обратно к дому, чтобы вызвать такси. Пусть я разорюсь, но лучше уеду в город.

Но снятый с трубки телефон тоже ответил молчанием. Сломался. Похоже, дом, просто не желал меня отпускать. И я не представляла, что теперь делать. С опаской покосившись на второй этаж, предпочла выти на улицу и подумать там. Пешком идти нет смысла, слишком далеко, да и погода явно портится. Позвонить я не могу. Остается ждать вечера и надеяться, что Вудхарт действительно приедет и заберет меня из чертового дома. А пока… Деваться мне некуда. Раз дом не хочет меня отпускать, буду пробовать избавиться от этого проклятья. По крайней мере, какое-то действие отвлечет меня от безрадостных мыслей. И первым делом, надо пойти и все же выключить воду в оранжерее.

Успела я вовремя. Земля в кадке совсем раскисла, и вот-вот грозила перелиться грязью на сетчатый металлический пол. Зато лопату удалось выдернуть беспрепятственно. Критически осмотрев зеленеющий куст по соседству, но так и не найдя каких-либо подписей, сорвала с него несколько листьев, надеясь, что это именно нужное мне растение. И раз мне удалось раздобыть лопату, возможно, стоит вернуться к первоначальному плану – поиску тела леди Кэтрин.

Место с фотографии удалось найти довольно легко – уж слишком примечательно искривлённое дерево росло там, плюс еще на фотографии четко виднелась тень шпиля башни, и сейчас словно указывающая на безымянную могилу. Копать жёсткую, уже немного промерзшую землю было тяжело. Пару раз хотелось уже плюнуть и бросить все, но я продолжала копать. Сама не знаю почему. И я действительно ее нашла. Кэтрин Блэквуд. Сама не ожидала, что она правда окажется здесь. Она не была закопана глубоко, всего метр, если не меньше. Череп и кости, вот и все, что осталось от когда-то красивой женщины. Даже креста не стоит на месте ее упокоения. Столько лет, она лежала здесь и никто не знал. Это было так печально. Мне казалось, что я вот-вот расплачусь, хотя никогда не была особо сентиментальна. Но судьба этой женщины действительно печальна. Потерять сына и стать жертвой собственного любимого мужа, потерявшего рассудок от собственных изысканий.

Жертва… Внезапно до меня дошло. Вот она, возможно косвенная, но, несомненно, жертва злобного бога. И мне нужна ее частица. Выбор был не велик. Помаявшись немного совестью и брезгливостью, я все же выбила черенком лопаты зуб у несчастной и спрятала в карман. Удивительно, но за прошедший час мне удалось собрать практически все ингредиенты амулета. Но остался, к сожалению, еще один и я даже вспомнила, где могла его видеть. В галерее масок стоял бюст с украшением, на котором висел коготь. Похоже, именно его имел ввиду Блэквуд. И самое неприятное – это означало, что мне придется непосредственно приблизиться к маске.

Стоя около дома, я никак не могла решиться войти. Честно говоря, предпочла бы дождаться приезда детектива снаружи. Но, к сожалению, я не могла быть уверена, что он действительно приедет. С неба начал накрапывать дождик, и больше тянуть время на улице не было смысла.

Шагнув под сень дома, почувствовала, словно за мной следят. Атмосфера в дома сгустилась, все заволокло сумраком и чудилось, что из темных углов за мной наблюдают тени. Понимая, что чем дольше буду тянуть, тем сильнее будут эти чувства, не давая себе задуматься и отступить поднялась наверх. Стоило войти в галерею, как стало тяжелее дышать. Но я не позволяла себе паниковать и стараясь не огладываться, принялась скручивать с ожерелья злосчастный коготь, прикрученный к нему медной проволокой. Но как только заветная частичка «истязающего» оказалась у меня в руках, атмосфера в комнате заметно переменилась. Воздух словно замер. Даже шум дождя за окном испарился. Кромешная сумеречная тьма и тишина опустилась вокруг.

И в этой тишине набатом прозвучал еле слышный глухой, заставивший меня вздрогнуть:

Бум!

Бум! Бум!

– отозвалось ему.

Барабаны! Господи, я схожу с ума! Не верю, но все равно отчетливо слышу приглушенные звуки барабанов, доносящиеся от злосчастной двери. Сломя голову ломанулась из комнаты, задыхаясь, спешила на кухню к кофемолке и плите. Пусть я сумасшедшая! Пусть трусиха! Я согласна на что угодно, но пожалуйста, пусть это прекратиться. Если чертов ритуал не поможет избавиться от этих галлюцинаций – я пешком пойду, но лишь подальше от этого дома!

Даже на кухне звуки призрачных барабанов преследовали меня. Дрожащими руками я закладывала листья, зуб и коготь в нутро мельницы. Кое-как размолов, высыпала на прокаленную к тому времени сковороду, и все это время меня трясло от ужаса, потому что звуки барабанов лишь нарастали. Раскалившись, перемолотая масса неведомым мне образом склеилась в некое подобие клейкого камня. Обжигая пальцы я закрепила получившуюся массу между сучками ветки и замерла.

Дом снова окутала тишина. Барабаны смолкли, но легче мне от этого не стало. Воздух словно стал гуще, сердце набатом билось в ушах. Я тяжело дышала и, казалось, все волосы на теле стали дыбом. И тут, словно прямо за спиной послышался чей-то низкий, тяжелый и даже угрожающий смешок. Руки с заветным амулетом заходили ходуном и я почувствовала как по щекам заструились слезы.