Я не знаю, существует ли этот бог или какие-либо другие. Не знаю, в своем ли я еще уме или помешалась еще в день въезда в этот дом. Зачем я вообще полезла в эту историю? Впрочем, не стоит себя утешать, я вторглась на территорию этого существа и оно бы просто так этого не оставило. Не важно, верю я во все это или нет, может быть я просто надышалась ядовитых паров. Но сейчас я четко понимала, что ОНО знает, что я пытаюсь сделать. ОНО здесь и было рядом всегда. Наблюдало, усмехалось, шептало жуткие сны и истязало. Только не тело. И сейчас ОНО дышало мне в затылок и смеялось, потому что знало давно то, о чем я подумала только сейчас, что я не смогу этого сделать. Ведь теперь наступал самый главный момент. Нужно было явиться напрямую к этому богу и угрожать этим амулетом в схватке лицом к лицу. А я… боюсь. Шагу сделать не могу, коленки трясутся, а горло захлебывается рыданиями, потому что одна мысль о том, чтобы поднять и открыть ту дверь, приводила меня в ужас. Но понимание, что закончить, как все предыдущие жители этого дома я не хочу, заставило сделать первый шажок. А за ним и остальные. Медленно, словно сквозь патоку, в которую, казалось, сгустился окружающий воздух, дыша через раз, я продвигалась в сторону галереи. И старалась убеждать себя, что еле слышно бормочущий голос, с каждым шагом теряющий насмешку и становящийся все более угрожающим, существует лишь в моем воображении. Чем ближе я приближалась к заветной двери, тем больше казалось, что буквально плыву сквозь тьму и захлебываюсь ей. Сердце судорожно грохотало где-то в горле, меня всю колотило, но я дошла. И рывком открыв дверь, решительно шагнула, словно прыгая с обрыва.

Мы остались один на один. Я и проклятая маска. Темный бог. Кошка, рвущая в своих когтях души. И ее бешенное рычание уже отзывалось у меня в ушах. Но я поняла, что пока амулет у меня в руках, сделать она ничего не сможет. Но чтобы закончить это все, придется его отпустить, и это еще одно испытание, на которое нужно решиться.

Блэквуд не оставлял никаких записей о том, что именно нужно делать с амулетом, а я по какому-то внутреннему наитию взяла, и перекрестила веткой с амулетом проклятую маску. В конце концов, почему бы не искать спасение от одного бога у другого?

Рокочущий низкий голос затих, словно и не было. Но вдруг просто затаился, ожидая пока я отпущу свое единственное оружие? Но я решилась. Положила ветку прямо перед маской, и медленно, палец за пальцем разжала руку. Опустив, зажмурилась на мгновение, готовясь к тому, что жуткие когти сейчас вопьются в меня. Ничего не произошло. И я резко распахнула глаза и вдохнула, буквально подавившись воздухом.

Маска казалась… просто маской. Тяжелое ощущение чужого взгляда пропало. За окном снова шумел дождь, а в воздухе пахло влажностью. Дом, словно после долгой болезни, тяжело вздохнул, и, успокоившись, уснул. А я поняла, что окончательно чокнулась.

К ночи дождь разошелся, я уже даже не ожидала, что Вудхарт приедет по такой погоде, и мне было все равно. Но он оказался человеком слова. И мокрый, с бутылкой вина и двумя коробками пиццы ввалился в кабинет, где я последние несколько часов методично напивалась впервые в жизни.

– Вух, ну там и стихия. Весь день тебе названивал. Чего трубку не брала? – спросил он, выставляя свою добычу на стол и только теперь заметив мое состояние, - Ого, и по какому поводу мы такие красивые?

– Телефон сломался, - заплетающимся языком проговорила, очевидное, - И я нашла труп Кэтрин Блэквуд, - решила начать с самого меньшего моего достижения на сегодня.

– Шутишь? – на мгновенье застыл детектив, только скинувший куртку, и пытавшийся стряхнуть влагу с волос.

– Если бы, - горько усмехнулась я и взялась рассказывать.

Все, просто абсолютно все, что сегодня произошло вплоть до моих мыслей и ощущений. Потому что мне нужно было стороннее мнение, чтобы понять, что я еще нормальная. Хоть немного. Что я не стала столь же сумасшедшей, как Джеймс Блэквуд и я не опасна для окружающих. За время моего рассказа, мы успели переместиться на кухню, меня напоили кофе, накормили пиццей и я даже слегка протрезвела.

– А теперь скажи честно, - вздохнула грея в руках кружку,- Я сошла с ума?

Кажется, мне даже ответа не требовалось, я и сама все понимала.

– Я думаю, что ты женщина, - усмехнулся мне мужчина, - А значит бываешь впечатлительна и мнительна. А еще я думаю, ну-ка, дай взглянуть еще раз, - он крепко взял меня за подбородок и заставил придвинуться к себе, внимательно разглядывая мое лицо, и я начала беспокоиться, что такого он хотел там увидеть, - Ну, точно, я думаю, что ты надышалась какой-то гадости. В оранжерее, где химикатов полно, либо в той же церкви, не известно, что там курил Блэквуд, читая свою оккультику. Но факт в том, что у тебя зрачки как у наркоманки, - успокаивающе улыбнулся он мне и погладил по щеке, - Глюкануло тебя с этого, конечно, не слабо, но разум с одного раза ты вряд ли могла потерять.

– Серьезно?
– удивилась я и, схватив ближайшую ложку, попыталась разглядеть там свое отражение.

– Серьезно, - отобрали у меня своеобразное зеркало, - Ты, конечно, много интересного нашла ползая здесь повсюду, но все же больше не советую этого делать. Мало ли еще чего надышишься. Надо бы сюда эколога какого прислать.

– Не надо, - решительно заявила я, - Я продам этот дом. Глюки или нет, но после всего, жить я тут не смогу точно. Прямо сейчас бы к тебе напросилась, если бы не погода, - бросила недовольный взгляд за окно, где уже вовсю разразился ливень.

– Ты все еще можешь напросится на завтра, - с намеком проговорил Ник и забрав из рук кружку, мягко перетянул к себе на колени.

А во мне видимо еще блуждали остатки "наркоты" и алкоголя, поэтому я отпустила себя и закинула ему руки на шею, притягивая ближе.

– То есть предложение своего дома в качестве убежища не было таким уж шуточным?
– поинтересовалась запустив руку в еще влажноватые пряди на затылке.

– Вообще-то было, но тогда мы еще были мало знакомы. А сейчас все в твоих руках, если ты будешь достаточно убедительна...
– провокационно проговорили мне практически в губы.