Сорча издала горлом неопределенный звук, оглянувшись через плечо, чтобы найти Орека позади них. Он встретил ее широко раскрытые, полные боли глаза своим собственным мрачным взглядом. Губы Сорчи сжались, и он знал, что она прикусила щеку, буквально сдерживая слова.

Орек одобрительно кивнул ей.

Если это он, мы разберемся с этим. Вместе.

В конце концов Эйслинн подвела их к мужчинам, которых возглавлял мужчина постарше. Этот действительно выглядел так, как Орек представлял себе благородного человека, одетый в богатую парчу и меха. Хотя он был старше, его плечи и грудь все еще были широкими, мускулистыми, а шрам пересекал половину лица чуть ниже правого уха. Возможно, в молодости его волосы были ярко-русыми, но теперь они стали почти белыми.

Мужчина повернулся, чтобы отметить их прибытие, и из-под его густой бороды появилась улыбка, когда он увидел Сорчу.

— Моя дорогая девочка, — сказал он, раскрывая руки, чтобы заключить ее в крепкие объятия, — так приятно видеть тебя в безопасности.

— Благодарю вас, лорд Дарроу.

— Твой отец сказал мне, что тебе есть что рассказать. Но сначала представь меня человеку, который вернул тебя к нам.

Сорча протянула руку Ореку. Он шагнул вперед, чтобы лорд Дарроу мог его рассмотреть, выдерживая оценивающий взгляд мужчины. После долгой паузы мужчина протянул руку.

Орек ухватился за нее по-своему, крепче, чем с Эйслинн, и Дарроу одобрительно кивнул.

— Ты хороший человек, — сказал лорд. — Мы все благодарны тебе за то, что ты благополучно доставил Сорчу домой.

Орек кивнул.

— Я сделал то, что должен был.

Лорд Дарроу еще мгновение рассматривал его, и Орек знал, что он скажет, прежде чем он это произнес:

— Я никогда раньше не слышал о полукровках. Твоя мать…?

— Захвачена работорговцами.

Рот Дарроу с несчастным видом опустился в бороде.

— Мне жаль это слышать. Она…?

— Она сбежала, когда я был еще ребенком.

Когда он больше ничего не сказал, Дарроу принял его ответ кивком.

— Мне жаль слышать о страданиях твоей матери. Я надеюсь, что жизнь направила ее по более счастливому пути.

— Именно из-за нее я знал, что произойдет, если я не уведу Сорчу из лагеря. Я не мог позволить этому случиться снова.

— Действительно, нет, — Дарроу вздохнул, поворачиваясь к Кьярану. — Что ж, мой друг, похоже, нам еще многое предстоит сделать.

Кьяран мрачно кивнул.

Махнув им рукой, Дарроу взошел на невысокий помост, чтобы сесть на что-то вроде большого деревянного трона. Эйслинн поднялась по ступенькам и встала рядом с ним.

— Я хочу услышать все, все, что ты можешь мне рассказать, — сказал Дарроу.

Когда Сорча перевела дыхание и собралась с духом, чтобы снова рассказать о своих переживаниях, Орек взял ее за руку. Она прислонилась к нему, в поисках поддержки, когда начала говорить, что не ускользнуло от внимания ее подруги. Эйслинн с улыбкой заметила это и подмигнула Ореку.

Сорча рассказала свою историю с самого начала, отвечая по ходу на любой вопрос Дарроу или Эйслинн. Орек добавил больше информации, где мог.

Дарроу слушал с явным сочувствием на лице и не давил на Сорчу в тех частях истории, рассказывать которые было больно. Он был так же заинтересован, как и Кьяран, в том, какие работорговцы спланировали и осуществили это похищение, но он не хотел заставлять ее заново переживать каждый ужасающий момент пленения.

Когда они в своем рассказе добрались до переправы через реку в ту первую ночь, одна из боковых дверей с грохотом распахнулась. Все взгляды устремились к ней, чтобы увидеть молодого человека, входящего в большой зал с надменным выражением, искажающим его прекрасные черты.

Копна темных волос была коротко подстрижена около ушей, но беспорядочно падала на лоб. Темные брови изогнулись, как будто он находил все забавным, а его рубашка была небрежно застегнута и заправлена в брюки. Он прошествовал к помосту гордо, как петух в курятнике, хотя его походка и была шаткой. Казалось, он не заметил никого другого в зале, когда проходил через него, и ему даже не нужно было подходить близко, чтобы Орек почувствовал исходящий от него затхлый запах алкоголя.

— Серьезно, Джеррод? — Эйслинн огрызнулась. — Тебе пришлось прийти прямо из питейного заведения?

Не обращая на нее внимания, мужчина отвесил насмешливый поклон, посмеиваясь про себя, когда потерял равновесие и споткнулся.

— Прости, отец, — объявил он, голос эхом отразился от стропил. — Не уверен, что может быть такого важного, что меня притащили сюда так чертовски рано.

— Вряд ли еще рано, — проворчал Дарроу. — Стой прямо, мальчик. У нас гости. Ты так много расспрашивал о ней, что я подумал, ты захочешь узнать, что Сорча Брэдей благополучно вернулась.

В зале воцарилась абсолютная тишина, краска отхлынула от лица Джеррода. Его пульс на горле заметно участился, когда он повернулся и ошеломленно уставился на Сорчу.