Обезумев, я металась от поворота к повороту, потерянная и растерянная, отчаянно желая выбраться. «Пять минут», — сказала она, всего пять минут. Задыхаясь, я увидела впереди светлый проём двери.

Всего один поворот. Я не смотрела куда бегу, и врезалась в чье-то тёплое тело. Я кричала и отбивалась в панике, когда незнакомец попытался удержать меня.

— Вот это да, — кажется, сказал он. Было слишком шумно, чтобы расслышать точно.

Он был в одной из этих чертовых неоновых масок. Так что я даже не могла увидеть его губы, чтобы прочитать по ним. Когда я пыталась вырваться, он схватил меня за плечи, и чем больше я сопротивлялась, тем сильнее становилась его хватка. Страх сбивал с ног. На миг я растерялась, мозг начал осознавать, что он вовсе не помогает мне, пытаясь удержать от падения. Его пальцы сжимались слишком крепко, грубо… Время будто замедлилось, пока я, тяжело дыша, смотрела на него — он безразлично смотрел вниз. Страх заполнил мои вены, собираясь тяжестью в животе. Смесь холода и жара вызвала панику, как будто в моем теле развернулась война.

Трахаться или бежать…

— Беги, — прошептал он, его низкий голос прорезал грохочущую музыку. И тогда он отпустил меня.

Глава 2

Почувствовав его присутствие у себя за спиной, я закричала отшатнулась назад. Рыдания сотрясали меня, когда коридоры лабиринта пытались поглотить меня. Я слепо металась по углам, врезаясь в скрипучие зеркала, отскакивая, кружась, в отчаянии хватаясь за волосы и дергая за те веревки на руках, которые были частью костюма. Всё это время я ощущала его где-то рядом, словно он был всего лишь в шаге, в тени, выслеживая меня.

Легкие горели, когда я наткнулась на тупик. Резко развернувшись, я снова рванула в другую сторону, полагаясь только на инстинкт, и тогда увидела его — он был всего в шаге, бежал прямо на меня. Я бросилась бежать, не оглядываясь, благодарная, что решила все же обуть кроссовки. Где, мать её, была Серена? Где выход?

Где-то в глубинах сознания я знала, что всё это, скорее всего, не настоящее, но паника и ужас полностью вытеснили здравые мысли.

Мои начесанные волосы зацепились за что-то, и меня резко отбросило назад, пока я отчаянно пыталась освободиться. Из потолка свисала рваная сетка, с неё капала какая-то прозрачная жидкость, вокруг болтались пластиковые пауки и летучие мыши. При дневном свете это всё выглядело бы глупо, и, будь я в нормальном состоянии, я бы, возможно, даже посмеялась. Но я увидела его в конце коридора, и страх снова захлестнул меня. Он шагал ко мне, медленно, как убийца из фильма ужасов, уверенно, с ленцой, слегка склонив голову, будто издевался. Я попала в ловушку.

Я закричала ему в лицо и попыталась вырваться, но он был уже рядом, крепко держал меня за плечи. Я метнулась, пытаясь ударить его головой, а потом провела по его маске длинными ногтями, но он только покачал головой и терпеливо ждал, пока у меня не кончатся силы, пока не иссякнет прилив адреналина, и я не рухну, обессиленная. Тогда он подхватил меня, как мешок с картошкой, закинув так, что мой зад оказался прямо у него перед лицом.

— Отпусти! — завизжала я, но он не реагировал. Серена говорила, что если на мне желтая лента, то ко мне никто не прикоснется.

Он шлёпнул меня по попке, и рассмеялся, когда я начала яростно колотить его по спине кулаками.

— Отпусти, ублюдок! — закричала я.

Он куда-то тащил меня, и мир вокруг превратился в размытые пятна света и тени, пока я подпрыгивала на его плече, не в силах вырваться. Он был огромным и сильным — я видела, как напрягаются его мышцы под толстовкой, — и выкрикивала всё, что приходило в голову. Отчаявшись, я вцепилась зубами в его руку, прокусывая толстую ткань костюма, но он даже не пошатнулся. Засранец был непреклонен.

Дышать становилось всё труднее — сердце колотилось, лёгкие сжимались. Внезапно меня отбросило. В ушах зазвенело, вокруг — темнота, слышны только мои тяжелые, рваные вдохи. Я не видела ничего.

— Моя маленькая марионетка, — прорычал он, нависая надо мной. Я отползла назад, пока не уперлась во что-то. Это оказалась не стена, а деревянная кровать. Блядь, ему это далось слишком просто.

— Я тебе не принадлежу. Посмотри на жёлтую ленту на запястье, идиот! — Я потрясла ею в воздухе, словно он мог её разглядеть. — Ты не можешь ко мне прикасаться!

Он хрипло рассмеялся, и у меня похолодело внутри. Это часть игры. Серена где-то рядом, ей, наверное, тоже досталось. Скоро нас выпустят, и она пойдёт к своим симпатичным близнецам, а я смотреть шоу или что нибудь ещё.

— Плевать мне на твою ленту, — сказал он, подхватывая меня под подмышки и бросая на кровать. В следующее мгновение он уже был между моих бедер, нависая надо мной. — Ты моя на всю ночь, маленькая марионетка.

— Не называй меня так, — прошипела я, сопротивляясь меньше, чем следовало бы. Я пыталась внушить себе, что все хорошо. Всё это игра. Но… Может стоит хоть немного насладиться этим? Да? Это же часть программы?

Его перчатка скользнула по моему лицу, пока не добралась до волос, запутываясь в спутанных волосах. Незнакомец грубо потянул их, заставляя запрокинуть голову. Не выдержав, я зло плюнула на него, наблюдая, как слюна скользит по неоновой маске.

— Думаешь, это меня остановит? — спросил он, вытирая слюну с маски и размазывая её по моей щеке. — Мне нравится, когда ты такая растрепанная.

Из горла вырвался непроизвольный стон, и только тогда я поняла, что крепко сжала его бёдрами, удерживая.