– Прибыли мы к вам, уважаемые хозяева, не просто так, а как знатные купцы. Проведали мы, что имеется у вас дорогой и ценный товар и что хотите вы его продать. Захватили мы с собой купцов, которые согласны купить его по сходной цене.

Мономах начал сватовство по русскому обычаю, но умудренный жизненным опытом и кое-что знавший о жизни русов Аепа тотчас уловил скрытый смысл в сказанных князем словах и, щуря веселые глазки и поглаживая суховатой ладонью куцую бородку, ответил ласково:

– Не будем таиться от вас, что имеется у нас такой товар. Давно храним и бережем его. Но понравились нам наши гости, и мы согласны продать свой товар, коли купцы будут достойны его.

– Купцы – вот они, бравые молодцы, как на подбор! – Мономах указал на Юрия и Святослава. – Что, хан, можно еще найти в чужих краях лучше наших сыновей?

– Клянусь всеми богами, нигде не видел я краше и мужественнее воинов! – высокопарно ответил другой Аепа, поблескивая узкими коричневыми глазками. – Славные из них вырастут князья!

– Тогда нам с Владимиром хотелось взглянуть на ваших дочек, ханы, – вмешался в разговор Олег Святославич.

Аепа хлопнул в ладоши, все повернулись ко входу в шатер, замерли в ожидании. Юрий толкнул в бок Святослава, подмигнул:

– Сейчас наши будущие жены появятся. Не моргай, хватай самую красивую!

Вошли две девушки в нарядных одеяниях из шелка, расшитого различными узорами, их руки, шеи и уши были увешаны драгоценностями, волосы заплетены в мелкие косички. Одна из них была среднего роста, с милым личиком, вторая оказалась настоящей красавицей; она не опустила глаз, как первая, а смело, свысока оглядывала гостей, насмешливо скривив сочные губки.

«Вот бы мне такую жену! – восхищенно глядя на нее, подумал Юрий. – Такую озорницу я бы полюбил – по-настоящему!»

Как любить «по-настоящему», он, конечно, не знал; раньше с мальчишками они делили знакомых девчонок, даже тайно вздыхали по некоторым, но потом легко и быстро забывали… Но он слышал про настоящую любовь и теперь твердо уверен был, что с этой красавицей половчанкой у него она бы получилась.

При виде ханских дочек половцы зацокали языками, зашумели, громко заговорили, высказывая чувства восторга и восхищения. По лицам князей было заметно, что они тоже остались довольны. Потом оба хана подошли к своим дочерям, взяли их за руки и посадили рядом с княжичами: первую невысокую, с милым лицом – возле Юрия, а красавицу – со Святославом.

Сначала Юрий расстроился, что досталась не бойкая и смелая, но потом, взглянув на невесту, нашел, что она тоже довольно привлекательна, и смирился. Ко всему этому обряду относился он, как к некой мальчишеской игре: сегодня не повезло, зато завтра обязательно сумеет наверстать свое!

Пир продолжался до позднего вечера. За это время Юрий и ханская дочка не обмолвились ни словом, только пару раз перекинулись робкими, несмелыми взглядами. Потом его со Святославом повели в отдельную юрту, стоявшую рядом с ханской. Юрта была небольшой, решетка ее была покрыта белым войлоком и обтянута красным шелком. Посредине был разожжен костер; при свете пламени было видно, как сверху, из дымового отверстия летели снежинки и, точно тополиный пух, кружились вокруг, тая в теплых струях воздуха. По краям были раскинуты две постели, сложенные из нескольких слоев кошмы. Святослав похлопал ладонью по своей, сказал удовлетворенно:

– А – ничего. Спать можно!

– Дома мягче. На пуховую перину как завалишься!

– Да и теплее. Изба – не юрта и печь – не костер!

– Что верно, то верно. Зато на холоде сон крепче.

– У меня и без того крепкий!

Разделись, устроились в постелях, согреваясь собственным теплом. После молчания Юрий спросил:

– Ну и как тебе твоя невеста?

– Бедовая попалась, – ответил Святослав довольным голосом. – Я сижу, молчу как подобает, а она меня как ущипнет! Я аж чуть не подпрыгнул от неожиданности. С такой не соскучишься! А ты-то как?

– Моя смирная. Весь пир сидела не шелохнувшись. По-моему, дышать боялась.

– Ну да ладно, какие попались, такими и будем довольны. Спать пора, веки слипаются!

Наутро в честь помолвки ханских дочек началось празднество. Между юртами были зажжены костры, на них жарились туши баранов, в больших котлах варилось мясо. Были вынуты из запасников бурдюки с вином и бочки с пивом. Ели и пили все желающие, от мала до велика. А потом начались состязания. Сначала в круг вышли борцы. Их было много – и молодых, и пожилых, пожелавших проверить свою силу и ловкость. Все участники разделялись на две группы и схватились по парам. Побежденные отходили в сторону, победители боролись между собой. И так продолжалось до тех пор, пока не осталось двое здоровенных парней лет по двадцати пяти. Один из них оказался проворней и после короткого боя уложил соперника на обе лопатки. Зрители разразились криками восторга, подняли над собой победителя и понесли к ханам, которые наградили богатыря красиво отделанными мечом и щитом.

Потом начались соревнования на меткость стрельбы из лука. Каждому участнику полагались три стрелы, ими надо было поразить три небольших круга, расположенных в шагах пятидесяти от забора из жердей, которого приходилось придерживаться во время скачки на коне. Юрий загорелся:

– Попробую и я!

Мономах не стал его отговаривать:

– Валяй. Только не опозорь звание княжича.

Первые две стрелы он уложил в цель, но в третий раз промахнулся. Впрочем и другие участники показывали не лучшие, а даже худшие результаты, так что его встретили возгласами одобрения. 3адание было сложным, только четверо сумели все стрелы отправить точно в цели. Им и достались из рук ханов красивые, добротно сделанные луки с колчанами стрел.