Брауни утыкается носом в грудь Валери, пока она пытается отбиться от него. Безуспешно. Он опирается на нее передними лапами и валит на пол, продолжая что-то искать между ее сисек. Надеюсь, этот сыщик потом поделится впечатлениями.

– Брауни, у тебя что, осеннее обострение? Угомони свои таланты! – Валери старается быть строгой, пытаясь перевернуться на живот.

– Брауни! – командую я, но он так увлечен своим занятием, что даже не ведет ухом. – Прекрати домогательство, засранец.

Я настигаю эту парочку в два шага, и наконец-то при виде моего угрожающего взгляда он заканчивает свой прилив страсти. Валери сдувает с лица запутавшиеся пряди волос и встречается со мной ошеломленно-веселым взглядом, приподнимая брови.

– Нам следует провести ему секс-просвет.

Смех вибрирует у меня в груди, и тепло от произнесенного ею «нам» разливается подобно солнечному свету.

Дыши.

– Да, видимо, сто?ит. Как-то упустил этот аспект во время его воспитания.

Я подаю Валери руку, чтобы помочь ей встать. Не задумываясь, она принимает ее и поднимается на ноги.

– Ты так и не смог включить кофемашину, не так ли? Я слышала, как ты тыкал во все кнопки и чуть не вызвал в ней короткое замыкание. – Она с ухмылкой скрещивает руки под грудью, приподнимая ее.

Смотреть ей в глаза, а не на край белого шелкового лифчика, манящего меня из-под выреза футболки, становится намного сложнее, но я стараюсь. Стараюсь не представлять, как ее кожа ощущалась бы под кончиками моих пальцев. Прошло слишком много времени с того момента, как я ощущал тепло и гладкость женского тела.

Валери громко прочищает горло в попытке привлечь мое внимание. Дерьмо, нужно стараться лучше.

– Макс?

– Да. – Я наконец-то смотрю на нее. В глаза и ни на дюйм ниже. – Поможешь мне?

Она кивает, изучая меня пристальным взглядом.

– Ты какой-то рассеянный в последние дни. Это на тебя не похоже, – бросает Валери, направляясь на кухню.

Это факт. Моя концентрация равняется нулю, если она появляется на моем радаре.

Я решил по возможности работать из дома, чтобы не оставлять ее одну. Валери никогда не признается, что ей беспокойно и одиноко, но ее часто посещает истинный страх.

Например, каждую ночь, когда до меня доносятся ее горькие признания в любви Алексу. Сегодня она буквально задыхалась во сне от слез, и я понятия не имел, что мне делать. Она никогда не плачет, но во тьме вся боль выплескивается наружу. И топит меня вместе с ней, ведь кажется, что я бессилен.

Я привожу к ней Брауни: он со знанием дела ложится рядом с Валери и исцеляет. Но мне так и не удается пробраться за ее фасад.

Я стараюсь сосредотачиваться на делах и решать текущие вопросы, но пока что единственное, что мне удается, – доставать свои мысли из помойной ямы.

– Подойди сюда. Я расскажу тебе, как пользоваться твоей кофемашиной, которую ты же и купил, – подзывает меня Валери.

Я оказываюсь позади нее, но затем решаю встать рядом, чтобы не смотреть на ее задницу. В последнее время это тоже проблема.

– Дорогой муж, – щебечет Валери сладким голосом. – Вот. Это кружка. – Она обхватывает ее изящными пальцами с ногтями квадратной формы, выкрашенными бледно-голубым, почти белым лаком. Красиво.

Боже, я действительно только что оценил ее маникюр?

– Сконцентрируйся! Мы тут важным делом занимаемся, – ругается она, и это звучит до неприличия мило.

Я опираюсь на столешницу и вздыхаю, пытаясь выгнать из мозга образы ее ногтей, кожи, груди, глаз и всего остального. Ощущаю себя маньяком.

– Давай попьем кофе где-то в другом месте. Нам нужно проветриться.

Мне уж точно.

– А как же наш урок? – Она выгибает бровь.

– В другой раз. Мы никуда не спешим. – Я резко отталкиваюсь от столешницы, пячусь и натыкаюсь на кухонный остров, ударяясь поясницей. – Твою мать!

Брауни влетает на кухню, лихорадочно проверяя, все ли живы. Убедившись, что я не мертв, он подходит к Валери, смотрящей на меня с примесью шока. Клянусь, его она тоже приворожила.

Эта чародейка делает шаг ко мне навстречу.

– С тобой точно все в порядке? Я могу сама сделать тебе кофе. Мне несложно. Если эта штука так выводит тебя из себя, то я могу делать его постоянно.

Эта штука совершенно никак меня не волнует. Я дезориентирован из-за тебя.

Валери протягивает руку, чтобы коснуться моего плеча, но я резко отступаю от нее, как от динамита.