Шрифт:
— Да пошла ты! — проорала я и сбросила звонок.
Ссора убедила меня лишний раз, что я не нуждаюсь ни в семье, ни в друзьях, ведь никто из них не любит меня по-настоящему.
Но первого мая случилось кое-что, и я в очередной раз предала свои убеждения: Дашка подала запрос в друзья, а я его приняла.
Как ни в чем не бывало, она поинтересовалась моими делами и предложила погулять. Я думала до вечера, как поступить. Конечно я не понимала ни черта, зачем ей надо было меня банить, «потом прощать», и что-то подсказывало не отвечать на заявку.
Но у меня больше никого не осталось!
Мы встретились в нашем обычном месте. Дашка пришла в тельняшке в красную полоску, которая расползалась на ее толстых титях, и в неизменных джинсах. На лице царила знаковая милейшая улыбка. Единственное, что выбивалось из привычного образа — это черные непроницаемые очки.
— Привет. Как дела? — спросила она.
— Ты уже спрашивала.
Про себя я отметила, что ее итак широкая задница стала еще шире. Но ее это не волновало. Она взяла молочный коктейль и два круассана с шоколадом. Надо подкинуть ей идею с колесом жизни, ехидно подумала я, может, призадумается.
— Ну, и? — я не смогла скрыть обиду. — Почему ты меня заблокировала?
Она по-прежнему не снимала очков, лишив возможности заглянуть в ее бессовестные глаза.
— У меня была черная полоса. Хотелось перезагрузиться.
Я облокотилась о столик, приткнула подбородок на ладонь.
— Ладно. А мне вот сказали, что ты живешь с парнем.
Она спохватилась.
— Так это потом уже получилось. Или, ты думаешь, что я нашла парня и всех занесла в черный список?
— Ну почему всех. Только меня. С Катей вы прекрасно общались дальше.
— Да это не назовешь общением.
— А, по-моему, ты весьма откровенна. Катя рассказывает про тебя Толику, а он — мне. Последняя сплетня про тебя: что ты живёшь с Антоном.
Она чуть приоткрыла рот словно собиралась ахнуть или охнуть.
— Я ушла от него. Вот.
Она сняла очки и показала ссадину и фингал под левым глазом. Значит, Антон — правша. Дашка спрятала «награду». Странно. Почему она не замазала синяк? Как будто нарочно ходит и показывает всем.
— Мила?
— Что?
— Помиримся?
Я пожала плечами.
— За что он тебя ударил?
— Из-за денег ругались.
— Ясно. Нашелся всеобщий корень зла.
— А ведь я продукты покупала, готовила. Я даже гребаную электропечь купила. Маленькую такую, — добавила она зачем-то. — Я два раза заплатила за съем. Само собой, мне надоело, и я не выдержала. А этот козел так мне ответил.
— Угу. — Что я должна была бы сказать? В голове царил вакуум. — Так ты к родителям вернулась?
Даша кивнула.
Домой я возвращалась с чувством опустошенности. Если подумать с Дашкой в моей жизни ничего не добавилось. Я и без нее жила прекрасно.
Я подходила к остановке рядом с фитнес-центром. С дороги на парковку свернула красная блестящая Тойота, я машинально проводила ее взглядом, а потом меня буквально пригвоздило к тротуару, когда с места водителя вышла Катька. В руке она держала спортивную сумку. Я не видела ее достаточно долго, так что изменения разительно бросились в глаза — Катька постройнела.
Я поперхнулась слюной.
Очень быстро мне пришлось свернуть и спрятаться за рекламным стендом, чтобы она меня не заметила. Интересная картина. Она всегда только ныла, что толстая и никак не соберется заняться спортом. Но, судя по крепким ляжкам, она не первый день уже тягала гантели, но самое интересное — автомобиль. Толик купил? Папина? Или, не дай Бог, Катькина?
Ну и хрен с ней!
Я втянула воздух носом, но выдохнула прерывисто из-за дрожи. Гнев давил на грудь. Ничего. Я и без спорта стройная, и у меня два диплома. Деньги? Будут и у меня.
Я села в маршрутку и поехала прямиком к Филу.
Деньги 6.1
Таня встретила меня с прохладцей. По меньшей мере так показалось.
Она отворила калитку, одной рукой придерживая цепь, чтобы овчарка не кинулась облизывать, а потом по дорожке к дому она шла впереди, и пришлось рассказывать ей в спину, и она ни разу не повернулась. Леся по обыкновению сидела в гостиной у телевизора. Таня с хозяйским терпением подождала, пока я разуюсь и пристрою на вешалку рюкзак.