Шрифт:
Он прислоняется своими холодными губами к моим и жадно целует, хотя я не шевелюсь.
Отстраняется и смотрит циничным взглядом:
– Раздевайся. Чего стоишь? Будем праздновать твою победу.
Я вытираю слёзы. Говорю:
– Покажи видео. Я тебе не верю.
Достаёт телефон из кармана. Включает видео и протягивает мне…
Глава 26
Макс
Просыпаюсь, потягиваюсь, отвожу руку в сторону. Пусто. Открываю глаза, Кати рядом нет.
Ушла… Конечно, у неё ведь соревнования. Но как я мог не услышать, когда она проснулась? Обычно я сплю очень чутко.
Хотел проводить, пожелать удачи. А может быть, даже… устроить прощальный секс на удачу.
Вскакиваю, быстро одеваюсь. Может, ещё успею до начала ее выступления?
Телефон звонит. Высвечивается «Мама» – довольно неожиданно. Потом вспоминаю, как Милана говорила, что мама собирается прийти посмотреть на соревнования. Быстро беру трубку.
– Да, мам? Ты в Питере?
– Да… в Питере.
– Почему голос такой грустный? Что-то случилось?
– Мне нужно с тобой срочно встретиться. Я скину адрес, придёшь?
– Как срочно? У Кати… то есть у Миланы ведь соревнования, она ждёт тебя.
– Я… жду тебя, приходи. Хорошо? Это очень важно.
И бросает трубку. Ничего не понимаю. Странно.
Отказать, конечно, не могу. Надо признать, за последние годы мама вообще ни о чем меня не просила. Пока иду по скинутому адресу, думаю: какой повод? Что могло случиться? Почему такая срочность? Пугает это ее «очень важно».
Жутко злюсь: теперь сто процентов не успею на Катино выступление, а мне хотелось посмотреть. И проконтролировать, чтобы Милана к ней не подходила до выступления. Чтобы не нагадила и ничего не сказала. Внутри нехорошее предчувствие. Что-то случится, что-то будет не так, как хочу. Не люблю такое мерзкое чувство.
Достигаю нужной точки по навигатору – это оказывается кафе. Зайдя внутрь, начинаю искать маму глазами и нахожу за столиком с каким-то мужиком в деловом костюме.
Черт. Только не это.
Если хотела познакомить меня со своим новым хахалем, то это могло подождать. На фига звать меня с утра пораньше?
Раздражённый, я присаживаюсь рядом. Скрещиваю руки на груди. Мама, как будто не замечая моего настроения, говорит:
– Привет, Макс. Спасибо, что пришёл.
– У меня вообще-то дела были… Не могло это подождать? У Миланы выступление, она расстроится, когда поймёт, что ты не пришла, – выпаливаю я на неё все своё раздражение.
– Это я попросил твою маму позвать тебя, – подаёт голос мужик.
Бросаю на него взгляд. Вырядился в дорогой костюм, надел дорогие часы, как клоун, светит своим достатком. Больше похвастаться нечем, как кошельком? Мой отец очень круто зарабатывает, но никогда не показывает это в одежде. Я с ним согласен в том, что это низко.
– Ну, и зачем? – спрашиваю я мужика, нагло глядя ему в глаза.
– Хотел познакомиться со своим сыном, – отвечает он спокойно. Не моргая.
Мои брови ползут вверх.
– Это что, шутка такая? – из меня вырывается непроизвольный смешок, я поворачиваюсь к матери.
Они оба молчат. Лица серьёзные.
– Вот, блядь, не смешно совсем. Хватит!
Ругаюсь матом. Первый раз при матери. Она пугается:
– Максим… Послушай. Прости. Давно тебе нужно было сказать. Ну да, я вышла замуж за твоего отца уже беременная. То есть за Костю. А вот… Валерий – это твой настоящий отец.
Долго смотрю в одну точку, пытаюсь переварить услышанное.
– Я не знал о твоём существовании до недавнего времени, – оправдывается Валерий.
Перевожу на него взгляд. Карие глаза. Щетина на лице. Бред. Никогда не поверю. Ни капли мы с ним не похожи. Мой настоящий отец – тот, которого я знаю. А это бред какой-то. Мать спятила из-за развода. Весь день мне испортила.
Я, решительно отодвинув свой стул, встаю и выхожу из кафе. Нет. Надо выкинуть эту чушь из головы. Мама следом выходит из кафе и хватает меня за локоть:
– Ну, подожди, сынок. Не уходи вот так. Давай поговорим. Я тебе все объясню.
У меня не было никаких вопросов – одна пустота внутри. Но всё же я поворачиваюсь к матери и спрашиваю:
– Вы поэтому с отцом разводитесь?
Она молчит, а я в ужасе от неё отшатываюсь. Разворачиваюсь и иду куда глаза глядят.
Как может за один день все так измениться? Теперь понятно, почему «родной» отец так дерьмово стал ко мне относиться. Я же, оказывается, теперь неродной ему. Ну, здрасте, приехали. Круто, че!