– Ух… Холодно… Говорят - раньше холоднее бывало. Правда?

– Правда. В Москве в девятнадцатом веке уже в октябре сугробы бывали. А при Иване Грозном иногда и летом в шубе можно было ходить, – привычно ответила после небольшого поиска.

– Я тебя обожаю, – умилилась гостья. – Ну давай - показывай.

Примерка прошла, как по маслу. Довольная клиентка высказала пару небольших пожеланий по отделке, оставила диадему и упорхнула, так и не заметив укрытый пледом предмет интерьера.

– Можешь просыпаться, Лариса ушла, – произнесла равнодушно через соединение с креслом.

– Понял. Я думал - она дольше будет. Организуешь обед через пол часика? – ответил элемент интерьера.

* * *

– Я не поняла... – оторопело произнесла, войдя домой и обнаружив пустое кресло. Серёжа, одетый в чистую рубашку, протянул небольшой букет и продемонстрировал экран телефона. Присмотревшись - увидела на экране билеты в театр.

– А ты забыла - какой сегодня день? – усмехнулся муж. – Ты ведь не потеряла то сердечко?

– Ой! – только и смогла сказать, обнимая Серёжу. Уткнувшись лицом в его плечо - немного "поплакала" от радости и спросила:

– Хочешь, чтобы я сегодня его надела?

– Обязательно.

Отстранившись, расстегнула тёплую кофту.

– А я с утра его надела. Хотелось вспомнить…

Серёжа выронил букет и долго целовал. В перерыве, пока он переводил дыхание, прошептала:

– Девочки сегодня так его рассматривали...

* * *

Суматошный стук в дверь заставил оторваться от планшета и выглянуть в коридор общежития. Перед дверью стояла сплетница Дашка с выпученными глазами.

– Нина! Это правда?

– Что именно?

– Надя сегодня приходила на занятия с "Сердцем океана"!

– Я видела. И что?

– Оно настоящее?

– А какое оно может быть?

– Так… Она была на Титанике?

– И Америку тоже она открывала.

– А… Разве не Колумб?

– Вру. Она мыс Доброй Надежды открыла, – шлёпнула себя по лбу.

– Серьёзно?

– У нас завтра письменная работа по уголовному праву. Вот это точно серьёзно, – проворчала на Дашку, закрывая дверь.

* * *

После театра Серёжа снова целовал долго и тщательно. Не удержалась и спросила его:

– Твоя команда не скучает сегодня без тебя?

– Нет. У обоих эльфов, как выяснилось, тоже подружки есть.

– А большой мальчик?

– Немножко повозмущался, что мы его ради девчонок бросаем. Пришлось объяснить, что мы уже вообще-то взрослые люди. Так смешно было. Огромный детина, а дулся - как школьник.

– Тебе интересно с ними?

– Жалею, что ты не можешь туда попасть. Я бы тебя с ними познакомил. Хотя бы просто - посидели в таверне, попробовали плов из козлобарана, эль какой-нибудь...

– Я же не чувствую вкуса - ты забыл? И есть не могу.

– Так это же всё не по-настоящему. А может быть - там ты бы и вкус почувствовала.

– Шуточки у тебя, – улыбнулась, прижимаясь плотнее.

* * *

Новый заказ - и в руке быстро мелькает вязальная игла. Именно игла, потому что в средневековье вязали иглами. И вязание получается довольно трудоёмким, но очередной "рыцарь" спохватился, что не успеет подготовиться к сезону. А подруги, чтобы попросить её связать, не нажил. Оглядываясь на укрытого пледом супруга подумала, что лучше бы подругу себе нашел, а потом уже в бои свои подавался. Да может - тогда и средневековье не понадобилось бы. А ещё тихо скребётся, как мышь, мысль о виртуальной таверне. Может быть… Но нет никакого способа проверить.

* * *

– Девчонки, ну это уже точно бред, – безапеляционно заявляет Лизавета.

– Откуда ты так уверена? – уточняет Нора.

– Да я чай - уже и сама нашла. Этих "Сердец океана" поддельных-то в продаже - хоть завались. Китайцы их чай за копейки отдают.

– Ну и что? А вдруг? – упорствует кудряшка. На что с высоты роста гламурной блондинки, как гром среди ясного неба, раздаётся:

– Вдруг обсерутся все вокруг! И будут сидеть в говне, как в крепости! Не может быть тут никакого вдруг просто потому, что вся эта история с "Сердцем океана" - выдумка режиссёра!

– Ну чай - не режиссёра, а сценариста фильма, – поправила её машинально.

– А про мыс Доброй Надежды? – с надеждой вставляет Нора, всё ещё придавленная авторитетностью сравнения.

– Тут чай - ещё проще. В те времена считалось, что женщина на корабле - к несчастью.

– А в… – Нора осеклась и поглядела вверх на Лизавету.

– А если она внешность изменяла?

Дружно повернулись на прошедшую мимо старосту.

– Внешность… Да она уже несколько тысяч лет причёску не меняет, – пренебрежительно заметила высокая блондинка.