Уоррен кивнул. Тот факт, что Тейлор сообщил эту информацию в садовом центре, удивил его, но в то же время и успокоил. Это означало, что Тейлор наконец перестал называть вымышленные имена всем, кого встречал. Он чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы называть адрес Уоррена как свой собственный.

Дэннис развел руками.

– Итак, вот моя история. Вот как я дошел до этого.
– Он впервые откинулся на спинку стула, не сводя глаз с Уоррена.
– Теперь ваша очередь.

– Что ж, он больше не хастлер. Это я могу вам сказать.

– Так это вы и есть те отношения, о которых он говорил?

– Да, я.

– Немного староват для него, не так ли?

– А ты немного запоздал с проявлением своей отцовской заботы.

Дэннис подергал себя за кутикулу.

– Наверное, так и есть.

Уоррен отхлебнул чуть теплого кофе, размышляя. Возможно, это было мелочно с его стороны. С другой стороны, когда ему указывали на разницу в возрасте между ними, он всегда раздражался.

Секунду спустя Дэннис заговорил снова.

– Он рассказывал тебе о Джимми?

Уоррену потребовалось полсекунды, чтобы понять, что «Джимми» это еще и «Джеймс». Тейлор сказал, что все остальные называли его Джим или Джимми.

– О том, что он умер? Да.
– И многое другое, но Уоррен не считал, что ему следует говорить о жестоком обращении.

– После этого Тейлор уже не был прежним.
– Он не отрывал взгляда от пола.
– Я думаю, никто из нас не был прежним.

– Тейлор говорит, что он был неудачником. Что только Джеймс когда-либо замечал его. Я думаю, он считает, что вы любили только Джеймса.

Дэннис снова ущипнул себя за переносицу.

– Дело не в этом.

– Я думаю, как только Джеймс ушел, Тейлор почувствовал, что никогда не сможет сравниться с тем, кем был его брат.

– Нет.
– Дэннис покачал головой, опустил руку и посмотрел Уоррену прямо в глаза.
– Говорю тебе, дело было не в этом.

– Я этого и не говорил. Я только сказал, что, по-моему, Тейлор видит это именно так.

– Просто они были такими разными. Джеймс был таким...
– Он поднял руки.
– Наверное, можно сказать, что он вырос таким. Он всегда хотел быть в центре событий. Даже в детстве они были другими. Джеймс всегда требовал внимания. Но Тейлор?
– Он улыбнулся, вспоминая, и в этот момент Уоррен понял, что этот человек не лжет. Когда-то он любил Тейлора, независимо от того, что чувствовал к нему сейчас.
– Он всегда был милым и тихим. Он никогда не ссорился. Я помню, как однажды Джимми заболел. У него был жар. Не мог ничего унять. Мы с Лизой, конечно, волновались. Суетились вокруг него, как всегда, когда они болеют. Тейлору в то время не исполнилось и года, и в какой-то момент мы поняли, что пора ложиться спать, а мы не кормили его с самого завтрака. У него не было ни обеда, ни ужина, и он все еще сидел в своей кроватке. Его подгузник промок насквозь. Он, должно быть, умирал с голоду. Но он просто сидел там, ожидая, когда мы о нем вспомним.
– Он покачал головой, улыбаясь.
– И я помню ту ночь, когда держал его на руках, смотрел ему в глаза и думал: «Этот парень все понял».

Уоррен попытался представить себе это.

– Но он не понял.

– Нет. Полагаю, что нет. И после смерти Джима Тейлор уже никогда не был прежним. Как будто какой-то свет внутри него погас. Я никогда до конца не понимал этого. Они не были близки. Не то, что некоторые братья. Они жили вместе, это очевидно, но у Джимми всегда были друзья, спорт, подружки и танцы. И он попадал во множество неприятностей. Нам постоянно звонили от директора или даже из полиции.

– Тейлор никогда не упоминал об этом.

– Не думаю, что он знал. Мы надеялись, что он этого не знал. Казалось, он всегда благоговел перед Джимом. Это было похоже, я не знаю, на какое-то поклонение герою. Мы боялись, что если он узнает о плохом поведении Джима, то захочет подражать ему.

Уоррен ошеломленно откинулся на спинку стула. Комментарий о поклонении герою имел для него смысл, учитывая то, что он знал.

– Я не думаю, что он хотел быть похожим на Джеймса. Я думаю, он просто хотел, чтобы Джеймс обратил на него внимание.

Дэннис кивнул, но Уоррен не был уверен, что он действительно расслышал.

– После самоубийства Джима…

– Это точно было самоубийство?

Дэннис наморщил лоб.

– Конечно.

– Тейлор сказал, что это не так. Он сказал мне, что все так думают, но он с этим не согласен.

– Знаю. Он так и не смирился с этим. Он всегда хотел верить, что это был несчастный случай.

– Могло ли это быть так?

– Нет. Джимми оставил записку. Он точно знал, что делал, когда садился в машину той ночью.

Уоррен опустил голову, внезапно почувствовав себя предателем из-за того, что услышал то, что Тейлор явно не хотел слышать.

– В тот год у него были некоторые проблемы в колледже. Девочка обвинила его в попытке изнасилования. Там были копы, и в школе поговаривали о его временном отстранении от занятий.

– Тейлор знает об этом?

Дэннис решительно покачал головой.

– Нет. Мы могли бы сказать ему, если бы Джим был жив, но после его смерти мы не хотели, чтобы память Тейлора о нем была запятнана. Мы хотели, чтобы он помнил Джимми как своего брата, а не как какого-то преступника.