— И после аккуратнее будь. У них много людей и нечисти. Продавать надо лишь проверенному торговцу. А я, слышал, у тебя проблемы в Выборге с этим.

— Ты-то откуда знаешь?

— Земля слухами полнится. К воеводе вэтте, конечно, не пойдут. Но все же, поберегись. Лишним не будет.

Вообще, про то, куда сбывать шкуру еще неубитого медведя, я даже не думал. Пока остановился на моральных угрызениях совести.

— Меня вот другое беспокоит, Матвей. Я в том, ином мире, не бывал, конечно. Но многое о нем слышал от рубежников, что по моим лесам гуляли. Вроде как Изнанка просто так ничего не делает. И если отметила кого проклятием, то, возможно, были на то свои причины. В тебе вот она сразу хорошего человека разглядела.

— Бывает так, что мы становимся плохими под влиянием обстоятельств.

И сразу вспомнил про Лео. Вот уж на что положительный персонаж, а тоже проклятый.

— Так-то оно, конечно, так, — вроде согласился леший. — Только поставь того Рехона на свое место. Вот скажи, долго ли бы тот сомневался и думал? Страдал ли перед выбором?

— Так или иначе, я должен ему помочь. И Федору Васильевичу.

— Ну вот и вернулся Матвей, которого я знаю, — весело хлопнул себя по коленям леший, поднимаясь на ноги. — А то, батюшко, помоги, батюшко подскажи, так ли поступаю, батюшко? Будто ивашка какой.

Я рассмеялся. Разговор наш занял минут десять, зато впечатление на меня произвел необычайное. Словно после проливного дождя на небе вновь появилось солнышко.

— Поеду я, батюшко.

— Помогай тебе Господь, Матвей.

— Ах да, — я уже завел машину, поэтому пришлось открыть окно. — Скажи, у тебя в случае чего можно будет на какое-то время спрятать грифона.

— Какого грифона? — с лица лешего сразу слетела вся благостность.

— Королевского.

Никогда не думал, что наступит момент, когда я стану взрослым в самом плохом смысле этого слова. Но именно сейчас я сидел в машине, загруженной пакетами (пришлось даже выкатывать тележку на парковку супермаркета), и вообще не хотел входить в дом. Потому что там ничего хорошего меня точно не ожидало.

— Мясс… со пропадет, — наконец резонно заметила Лихо.

Это она еще молодец, долго держалась. Я опять вздохнул. Надо на календаре посмотреть, не сегодня ли день тяжелых вздохов?

Что до мяса — это правда. Я взял его столько, что, наверное, из него можно было собрать целое животное. Да, немного страшноватое, с куриной печенью, свиной лопаткой, телячьей вырезкой и шеей индейки. Последнюю очень уважал бес и готовил из нее вкуснейший суп. Поэтому пришлось вылезать наружу.

Как самый настоящий мужик, я решил дотащить все девять пакетов за один раз. Но даже сила рубежника не смогла бы помочь в этом бессмысленном занятии. Пусть, благодаря хисту, я и здоровый, однако пальцы у меня все равно не казенные. Но тут на помощь пришло Слово. Очень удобная штука, когда надо закинуть что-то на невидимый горб.

— Разбирайте, — бухнул я пакеты в коридоре. — Гриша, принимай заказ. На ужин куриная печень в сметане. Только лука и зелени не экономь.

Впрочем, ни одного «чекупилы» ко мне не выбежало. Я судорожно потянулся к печатям — нет, на месте. Вот только напряжены. Как гитарные струны, которые пеетянули, словно вот-вот должно что-то произойти.

Не разуваясь, я кинулся в гостиную, где и обнаружил картину маслом. Черт с бесом стояли на спинке дивана, а снизу на них беззвучно щерился грифон. Явно намекая, что сейчас сделает что-то очень нехорошее. Его пыталась удержать Зоя, вот только Куся на нее не обращал никакого внимания. Несмотря на скромные размеры, ростом он не доставал девушке и до колен, королевский грифон оказался сильнее своей «хозяйки». Что совсем неудивительно. Куда чужанке тягаться с нечистью? К тому же, уникальной.

Да и какая Зоя хозяйка? Скорее подружка. Судя по поведению, именно так ее Куся и воспринимал.

— Хозяин! — радостно пропищал бес.

Правда, так и не шелохнулся. Митя даже звука никакого не издал. Продолжал как в книге «Легенды и мифы Древней Греции» подпирать потолок. Да, неурожай нынче на атлантов…

Зато грифон среагировал предельно четко, переключив свою агрессию на меня. Более того, он даже раскрыл крылья и сделал нечто вроде прыжка. Не вполне настоящего. Так скорее берут на понт. Мол, смотри, какой я опасный. Ага, бегу, боюсь.

Рядом тут же материализовалась Лихо. И я сразу почувствовал ее хист, готовый обрушиться на неразумное создание.

— Юния, нет, это зеркальная нечисть.

— Чего? — опешила она.

— Природная магия грифонов заключается в том, что они зеркалят магический урон. Это мне Прошка рассказал. Думаю, основываясь именно на эффекте родовой магии грифонов, Аптекарь придумал своего мегауберзащитника лабиринта. Короче, чем сильнее ударишь его, тем явственнее будет обратка. Поэтому не нападай, чтобы не случилось.