Юния не знала об этом, когда предлагала убить грифона, пока он маленький. Но по наитию случайно попала в самую точку. У нечисти подобное часто проявляется. Факт в том, что с каждым днем эффект зеркала у грифона становился сильнее. А учитывая, что эта зараза росла не по дням, а по часам, бог знает, что тут за монстр окажется через неделю.

— И как его сс… убить?

— Никаких убить! — чуть ли не закричала Зоя. — Куся просто расстроился, что забрали его косточку.

Ну не знаю, как по мне, расстроенные звери выглядят чуть-чуть иначе. Конкретно этот походил на иллюстрацию «Опасная неразумная нечисть перед атакой» из учебного пособия для начинающих рубежников.

— Я знаю, что ты меня понимаешь, — сказал я грифону. — Поэтому самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать — это успокоится.

Тот в ответ щелкнул клювом. В переводе на человеческий это могло значить что-то типа: «Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда…». Ну, и дальше, по тексту.

Я же шагнул вперед, давая понять, что шутить не намерен. Каким бы королевский грифон страшным ни был, он пока еще только птенец. И надо четко определить ему границы дозволенного. Это как с детьми. Если разрешишь есть в два года конфеты перед супом, то после запретить уже не сможешь. Животные — как и дети, постоянно продавливают твои границы, проверяют, так сказать, на прочность.

Это мне все рассказывал Костян, уже не один год безуспешно воюющий с соседским котом, которого подкармливала Ольга. И вот именно сейчас я был готов согласиться с другом.

Грифон сокращение дистанции воспринял как нарушение личных границ. Нет, не стал причитать, что я вообще его не ценю и все время веду себя как абьюзер. Он лишь резко прыгнул вперед, устремляясь когтями в область моего лица. И не обратил никакого внимания на потуги Зои удержать его. Девушка свалилась на пол, довольно сильно приложившись при падении рукой.

Я понимаю, на что рассчитывала неразумная нечисть. Читал дневник Аптекаря. У этих грифонов (в том числе и королевских) был какой-то пунктик — раздербанить обидчику лицо. Наверное, из-за жестоких фильмов и компьютерных игр, которые показывают молодым грифончикам в горах. Иных объяснений у меня не было.

Либо Куся неосознанно понимал, мой хист против него бесполезен. Я же говорю, у меня создавалось ощущение, что эта нечисть не такая уж и неразумная. Скорее даже наоборот.

Грифон не учел другого. Что я могу пользоваться промыслом не только для атаки, но и для собственной защиты. А уж что благодаря девяти рубцам я значительно быстрее, чем обычный, пусть и интересного вида, птенец точно не знал.

Ну, и закономерно получил кулаком куда-то справа от раскрытого клюва, сразу изменив траекторию полета. Точнее, это можно было назвать скорее низвержением королевского ушлепка.

До этого я дошел уже сам. На грифонов нельзя воздействовать магией. И зачарованным оружием нельзя. Думаю, попытайся я воспользоваться мечом, порезался бы сам. Значит, оставалось оружие обычное.

Собственно, именно так грифонов и истребили. По-варварски и без всякой фантазии. Сначала железом и стрелами, а потом уже перешли на мушкеты и прочий огнестрел. Это при том, что даже на одного грифона шли толпой, потому что нечисть имела особое строение костей туловища, которое защищало внутренние органы и ускоренную регенерацию.

Но раз уж оружия у меня под рукой не было, да и, честно говоря, убивать я этого засранца не сильно хотел, пришлось пускать в дело собственные кулаки.

Не скажу, что мне это очень уж понравилось. Нормально, вот прям по-пацански, я не дрался уже давно. А о том, что большой палец надо убирать под остальные, вообще вспомнил в самый последний момент. И все равно создалось ощущение, что я ударил костяшками в чугунную сковороду. Завтра точно рука опухнет. Да и в кисти что-то неприятно щелкнуло.

К моему немалому удовольствию, грифону понравилось еще меньше. Он, вызвав визг моей младшей нечисти, рухнул прямо на диван. Явно находясь в легком нокдауне и срочно нуждаясь в коуче по личностному росту. Ну, чтобы найти себя в этом мире, переосмыслить прожитое, составить бизнес-стратегию своего дальнейшего поведения и все такое.

Что Куся вообще ничего не отдуплял — я понял еще и по тому, что тот пытался встать, но у него не особо не получалось. На деле же он просто распарывал своими кинжально острыми когтями обивку дивана. Засранец. Вот даже в таком состоянии умудряется меня бесить.

— Матвей! — возмутилась Зоя.

И тут же рванула ко мне. Не представляю для чего. Наверное, чтобы совершить какие-то непоправимые действия, о которых потом могла пожалеть.

Я лишь выставил руку, и девушка уперлась в невидимую стену. А что? Это я на грифона не могу воздействовать с помощью хиста. А Зоя пусть привыкает. Никакой декриминализации домашнего насилия под этой крышей.

— Он же еще маленький, ничего не понимает, а ты его…

— Вот пусть и учится. Заметь, не я на него напал!