— Легко сказать — не бойся, — проворчал бес. — А как его не бояться, если эта дура тебя может напополам разорвать?

— Пока не знаю. Но будем над этим работать. Представляй вместо него какую-нибудь мягкую игрушку.

— Которая может порвать тебя пополам, — не собирался сдаваться бес.

Понятно, что великое открытие сегодняшнего дня не принесло удовлетворения или мира. Грифон из комнаты не вышел. Хорошо хоть, к ужину выбралась Зоя. И даже отметила куриную печень, но ели мы в основном молча. Говорю же, будто я реально стал сильно взрослым и живу теперь в стандартной полноценной семье. Не той, само собой, о которой мечтал.

Но все же некоторые изменения в поведении грифона произошли. Теперь он не гарцевал с гордым видом, пренебрежительно посматривая на остальных и щелкая клювом. А торопливо перебегал из точки А в точку Б. Как правило, ходил хвостиком за Зоей, явно найдя в ее лице главную защитницу.

Я же пошел еще дальше. Съездил в ближайший магазин и купил эмалированный таз и поставил его во дворе. Свалил туда кости, кишки и прочие субпродукты, которые мы купили заранее, и сказал, что отныне Куся будет питаться здесь. А смысл превращать кухню в хлев? Там попробуй полы отмой после трапез грифона. Да и запах стоит такой, что аппетит отбивает напрочь.

Зоя, а соответственно и Куся, восприняли мое указание стоически. По крайней мере, мне так показалось. Хотя я даже понял почему. Каким бы еще маленьким ни был птенец, ему все же нужен простор. А во дворе его пока оказалось вдоволь. Да и соседка (единственный мой возможный шпион) едва ли разглядит неразумную нечисть. Хист убережет.

Поэтому весь следующий день Зоя вместе с грифоном провели на улице, абсолютно не обращая внимания на моросящий дождь. Мне даже в голову пришло, а вдруг эта зараза сейчас расправит крылья и улетит. Ведь сколько проблем сразу решилось бы. Но грифон не собирался удирать. То ли ему тут действительно нравилось (за исключением наличия некоторых рубежников), то ли у нечисти еще имелся какой-то свой хитроумный план. Короче, не нужны ему Таити, его и здесь неплохо кормят. Разве что лещей прописывают, когда зарывается.

Я же старался не обращать на Кусю никакого внимания. Словно того в моем мире не существовало. Что самое удивительное, особого страха я действительно не испытывал. Наверное потому, что понимал — сейчас я сильнее грифона. Попробует опять рыпнуться, получит по морде. Более того, наказал своей нечисти кормить его определенными порциями. Чтобы этот стервец не вымахал раньше времени.

В общем, я так завозился со своим новым питомцем (или он питомец Зои?), что у меня абсолютно вылетела из головы истинная цель моего ожидания. Поэтому, когда на третий день после инцидента с нападением зазвонил телефон, я даже не сразу его услышал. И номер еще незнакомый.

— Ты чего трубку не берешь?! — возмутился Следопыт.

— Я тут совершенно забыл, что не сказал тебе свой номер.

— Я вообще-то ратник. Ну и еще у Василя спросил. Ты ему телефон давал.

Да? Совершенно не помню. Правда, я разок напивался, что называется, в щщи в этом самом кружале, которым владел Василь. Ну да ладно.

— Мой человек звонил, сказал, что караван готовится. Две машины. Действуй.

Я с тяжелым сердцем нажал на кнопку отбоя. Действуй — злодействуй.

— Гриша, ко мне! — приказал я. А уже появившейся с недоуменным лицом Лихо ответил. — Возможно, придется пробираться внутрь помещения. Тут лучше беса нечисть и не найдешь. А ты пока проследи, чтобы грифон никого не сожрал. Где он кстати?

Юния лишь пожала плечами. Единственный, кто был доволен из всех моих домочадцев — это бес. После случая с нападением грифона, дом перестал быть его крепостью. Как только Гриша подавал ужин, они с Митей сразу же отправлялись в баню. Если, конечно, во дворе еще не гулял Куся.

Я закинул зашитый рюкзак за спину, после чего вышел наружу, направившись к калитке. И тут же столкнулся с главной проблемой всей нечисти этого дома. Грифон, заметно окрепший и даже подросший сантиметров на десять за последние пару дней, стоял прямо на тропинке. Мордой ко мне.

Остановился я лишь на мгновение, внимательно посмотрев на него. А после продолжил движение. И Куся, пусть и нехотя, но пригнул шею и медленно отошел в сторону. С виду получилось даже, будто он кланяется. Принял право сильного или решил схитрить и сыграть в послушного грифона? Боюсь, что довольно скоро узнаю истинные мотивы этого существа.

— А можно еще…

— Гриша, совесть-то имей, — отрезал я.

Вообще, бес и так был на седьмом небе от счастья. Во-первых, мы вырвались из дома, который ему опостылел. Во-вторых, из всей нечисти в качестве спутника я выбрал его, Григория Евпатьевича. В-третьих, расщедрился и накупил всяких ништяков в дорогу. Большей частью сомнительные коктейли в стеклянных бутылках и батончики вроде «Сникерса» и «Баунти».

Причем я понимал, что веду себя в точности как отец многодетной семьи, который выбрался в кои-то веки со старшеньким на прогулку. Всю неделю (в моем случае дольше) ты не уделял ребенку внимания, а теперь вдруг обрушился с неотвратимостью ядерной бомбы, пытаясь восполнить все пробелы. Между прочим, именно так и вырастают избалованные дети. Когда мы свой недостаток внимания пытаемся заместить деньгами и подарками.

Правда, в моем случае я убедил себя, что алкоголь нужен бесу для храбрости. Потому что дело нам предстоит серьезное. Да и сомневаюсь, что Григорию удастся избаловаться. У нас тут вечно — то понос, то золотуха, то крон, то грифон. Некогда расслабиться.