Войдя, она села в кресло и уставилась в пол. Алексей замер, стоя у комода. Так длилось с минуту.

— Что случилось? — спросил он наконец.

— Думаю.

— О чем?

Карина подняла глаза на Алексея.

— Ты не думал, чтобы уехать?

Он сделал глубокий вдох, недовольно кривя ртом. Смирившись, сел на кровать, уперся локтями в колени и сцепил руки в замок.

— Что ты так рвешься уехать? У нас обоих тут родители, друзья, коллеги. Кто или что в Питере нас ждет?

— Чтобы это понять, надо туда поехать.

— Карин. Ну вот уедем, а через год вернемся. Ведь так и будет! И потом, ты уж прости, но скажу, как есть. Когда мы останемся там один на один, ты же меня с потрохами съешь. Я не знаю, что мне еще сделать, как себя вести.

— Почему ты не соглашаешься со мной?

— Потому что прекрасно тебя знаю.

— Неужели?

— Да. — Он посмотрел на нее. — Такой вечер был. Но ты пришла с кислым лицом и сидишь доказываешь мне, что я в сорок лет нерешительный полудурок, который боится начать с чистого листа. А я тебя спрошу. Ты сама-то что ждешь, такая решительная вся? Иди. Куча возможностей вокруг. Ты в Волгограде ни на что не решилась, а в Питере что изменится? — Он встал. — Я знаю, зачем ты это делаешь. Ты просто думаешь, что я жду секса. А я и не собирался предлагать. Точнее я хочу. Но теперь мне точно ясно, что ты меня практически ненавидишь. Только понять не могу, за что.

Он взял свой бокал и вышел.

У нее не было причин отказывать мужу. С Матвеем они виделись редко, а ей иногда до дрожи хотелось в постель. И все же она из тупого упрямства издевалась над Алексеем.

Карина обиженно уставилась в окно. Алексей снова озвучил то, в чем она не хотела себе признаться.

Карина листала анкеты мужчин. Всё одни и те же. Тем, у кого не было фото, она не писала, потому как уже поняла, что это женатые. Другие сидели на сайте годами и всё искали, с такими она тоже не видела смысла начинать переписку. Иногда появлялись новые анкеты, но потом оказывалось, что хозяин просто восстановил ее. По началу она искала одногодок, потом чуть старше, потом младше, и безрезультатно.

Сама она тоже как будто мало кого интересовала. Иногда она получала сообщения вроде: «А почему фото по пояс? Толстая?» или «Почему на фото как будто 30, а в анкете 36. Подурнела?». Примерялись, брезгливо общались через губу.

Как-то раз она полистала женские анкеты. У молодых и симпатичных фото по количеству лайков и комментариев били все рекорды. Иногда она видела невероятных красавиц и не могла понять, как такая может быть одинокой? А потом листала галерею и видела, что у соискательницы «прицеп».

Пока Алексей под боком, Карине и в голову не приходило, что такое одиночество. Ей казалось, сейчас она расправит крылья и найдет мужчину, который по всем пунктам в ее анкете подойдет. И даже факт, что уже сейчас результата не было, не мог вернуть ее с небес на землю.

«Сайты это для бобылей, — думала она блаженно. — Да и есть же у меня Матвей. Эва такая дура, ханжа».

И она старалась удивить Матвея в короткие встречи по полной.

«Ой, Каринка, ну ты ненасытная. Я теперь неделю восстанавливаться буду» — смеялся всякий раз Матвей.

Да что-то толку мало было от трюков в постели.

Карина поморщилась, припомнив их последний разговор. Она встала и подошла к окну преподавательской. Ее машина стояла рядом с машиной Алексея. Карина взяла подвеску и стала теребить ее, вспоминая, как уезжала после школы в Питер. Столько надежд было, и никаких сомнений.

Почти сразу она познакомилась с парнем, он учился на экономическом, из хорошей семьи. Да только мамаша оказалась такой же паскудой, как мать Матвея.

«И откуда ты такая приехала, дорогуша? — спросила она в их первую встречу. — И что, чем тебе не угодил Волгоград? В Питер захотелось, значит. А жить ты где будешь?»

«У меня здесь бабушка. Я в ее квартире живу. Вы что ли думаете я из-за прописки с вашим сыном встречаюсь?»

«Знаешь, сколько вас таких? И потом. Ты что ли единственная внучка?»

И парень ее, как и Матвей оказался маменькиным сынком. Уж как она его на брак ни пыталась раскрутить, даже забеременела. Так мамаша сразу же его в охапку сгребла и спрятала. А Карине пришлось сделать аборт.

Она невольно всхлипнула. Сеансы у психолога ничего не дали — они не отменят бесплодие.

Вот и пойми этих мужиков. Чего им надо? Красоту? Так чужого ребенка не хотят растить. Ребенка нет? Страшная значит, дурной характер, раз никто от тебя ребенка не захотел. Иногда писали: «У меня серьезные намерения», а когда узнавали о ее диагнозе, молча исчезали из поля.

Чего же ищут эти мужчины? Как будто на самом деле им и не нужно ничего! Неужели никто не хочет быть счастливым?

Еще много других вопросов вертелось у Карины на языке. Кроме единственно верного…

Почему она не хочет быть счастливой с мужем?

Эля с подружкой сидела в университетской столовой за дальним столом. Она снова ошпарилась кипятком. Катька нервно покусывала губы, ее маленький курносый носик на круглом лице ходил ходуном.