Шрифт:
Я в шоке, вообще!
– Фу, Адам!... Что он делает?!
– Целуется со мной, - хохоча, отвечает муж.
– Ты в своем уме, чтобы целоваться с собакой?!
– Как назовем его, Яра?
– Понятия не имею.
Скованность мышц и озноб проходят. Я сажусь по-турецки и наблюдаю за ними.
– Это золотистый ретривер.
– Я знаю.
– Откуда? Ты же не любишь собак.
– Основные породы я знаю, - подкатываю глаза, - Не совсем дремучая.
На самом деле, и тиктоки с собаками я иногда посматриваю. Они милые и смешные, когда находятся по ту сторону экрана.
– Дай сюда руку, пусть привыкает к твоему запаху.
– Он в нашей постели, Адам. Тут полно моего запаха.
Повернув голову ко мне, он демонстративно заламывает бровь. Моё сердце снова сбивается с ритма.
– Наша постель пахнет нашим сексом, Яра.
Пробегаюсь языком по губам и чувствую, как начинают гореть щёки. У меня после прошедшей ночи всё ещё саднит между ног, а он так смотрит!..
– Иди-ка, приятель, побегай пока!
Опускает щенка на одеяло и, подтянув меня за ногу, наваливается сверху. Я и пикнуть не успеваю, как оказываюсь придавленной к матрасу.
– Я не буду целоваться с тобой после него!
– И не надо...
Сползает чуть ниже и впивается ртом в шею. Колючая щетина и горячий влажный язык пускают по телу табун мурашек. Быстро пробравшись под майку, мужские руки сминаю грудь.
– Черт... Адам... не сейчас же!... Я при нём не буду!
В этот момент моей щеки касается мягкая шёрстка, а следом - маленький шершавый язычок.
Я распахиваю глаза и вижу перед собой довольную мордочку щенка.
– Эй, чувак, - хрипло усмехается Адам, отодвигая его в сторону, - Это моя самка. Подрастешь, подберём тебе сучку.
Глава 59
Ярослава
Работы в моём будущем офисе быстро возобновились и теперь идут полным ходом. Сердце замирает, когда наблюдаю за тем, как он преображается.
– На стены осталось нанести финишный слой. Цвет будет на тон ярче, - следуя по пятам, отчитывается Новиков, представитель подрядчика, выполняющего отделочные работы.
Я киваю. Улыбаюсь незаметно.
Интерьер вырисовывается именно таким, каким я его себе представляла, до малейшего, самого малозначительного штриха.
– Полы тоже отшлифуем, будут блестеть, как яйца ко...
– внезапно запинается, начинает кашлять в кулак и густо краснеет, - Простите, Ярослава Евгеньевна. Редко с дамами дело имеем...
– Я поняла, - кусаю губы, чтобы не расхохотаться, - В полах можно будет увидеть собственное отражение.
– Да, именно!
– подхватывает тут же.
Подхожу к открытому дверному проему и останавливаюсь на пороге своего будущего кабинета. Светлого и просторного. Мебели в нем еще нет, но я уже вижу, как всё будет выглядеть, когда установят её, оргтехнику и предметы интерьера.
В кончики пальцев забирается зуд нетерпения - так сильно хочется поскорее всё потрогать.
– Вчера всю сантехнику привезли. Хотите посмотреть?
– спрашивает мужчина, выглядывая из-за моего плеча.
– Да, конечно.
Вместо запланированного часа я провожу в офисе почти три и провела бы ещё несколько, если бы не время на часах и радость от возвращения в наш с Литовским дом.
Бывают моменты, когда становится страшно, что всё может оборваться так же внезапно, как оборвалось в прошлый раз.
Однако эмоция вспыхивает и гаснет как спичка, потому что нет ни единого повода так думать.
– Ты там ночевать собралась?
– спрашивает телефон голосом моего мужа, - Чем ты там занимаешься?
– Делами, - отвечаю лаконично, - А что такое?
– Я приехал домой, тебя нет. Мне не нравится приезжать домой, когда тебя нет.
– Ладно, - сокрушаюсь со вздохом, - Жди, скоро приеду. И ужин погрей к моему возвращению.
– Змея, - бросает в трубку и отключается.
– Оборотень, - бормочу под нос, - Любимый. Мой.
Быстро свернувшись, прощаюсь с явно утомленной моим присутствием бригадой, и спускаюсь на подземную парковку.
Ребята из сопровождения тоже выглядят уставшими. Выбросив стаканчик из-под кофе в урну, мой водитель открывает для меня дверь.
– Домой, Ярослава Евгеньевна?
– Да.
Усаживаюсь со всеми удобствами и отправляю Литовскому сообщение:
«Выехали»
В ответ прилетает фото с его запущенной под резинку трусов рукой. Судя по размеру того, что он там держит, мой супруг действительно по мне сильно скучает.