Нет, понятно, что декабрь! Но выспалась же! А это значит, что на часах, как минимум, восемь утра!

Пока раздумывала, открывать глаза или нет, совсем близко Алик тихо сказал:

– Вставай уже. Доброго утра.

Благо в пижаме, тут же села на кровати.

– А почему так темно? – поинтересовалась она, пока брат, чиркая спичками, зажигал свечи на столе.

– Э… Ну, это… В общем, мы с тобой вчера старались метель усилить – помнишь? А термометр показывает потепление. То есть сейчас уже почти минус один только, а на улице мокрый снег…

– Ты опять слишком долго добираешься до ответа! – рассердилась Алька. – Давай коротко: что случилось?

– Стёкла сильно залепило снегом, - не обижаясь, меланхолично ответил брат. – Поэтому в доме темно.

Она быстро оделась, сбегала в ванную комнату и, уже собравшись с мыслями, с тревогой спросила:

– А метель?

– Буран, - поправил Алик и вздохнул.
– Бушует.

– И… что теперь?

Голос Альки сорвался на шёпот.

– Что… На улицу не выйти. Между корпусами дома может ходить только Игорь. Наружу выходить опасно – заблудиться можно.

– А-а… Ну, тогда ещё ничего, да? – осторожно спросила Алька.

– Есть одна проблема, - вздохнул брат и снова оглянулся на окно, занесённое снегом. – Магическая метель стихнет через двое-трое суток, при условии – если её не поддерживать. Так сказал Игорь. Но он хотел сегодня съездить за продуктами для всего дома. А выехать – нереально.

С сомнением взглянув на входную дверь, Алька нерешительно сказала:

– Наверное, хоть какие-то продукты всё равно остались? А что именно закончилось?

– Я спрашивал. Игорь сказал – мясо, кисломолочные продукты, свежие овощи и фрукты, а также хлеб.

– Зачем им хлеб? – проворчала уже напуганная новостями Алька, вставая рядом, у окна, и пытаясь разыскать хотя бы маленькую щель в плотном снежном слое на стекле, чтобы рассмотреть, что делается во дворе. – Мука-то наверняка есть. Могли бы испечь что-нибудь.

– Почему ты думаешь, что мука в доме есть? – теперь удивился и Алик.

– Некоторые продукты всегда должны быть в доме под рукой!

– Это ты про нас говоришь, - заметил брат. – А если в таких домах иначе?

Лицо у него выглядело очень напряжённым. Алька не сразу догадалась, что он, глядя в окно, одновременно внимательно прислушивается. К чему? Сообразила. К тому, что происходит в гостиной. И опять удивилась. Ждёт Игоря? И хмыкнула. Как же, нужен брату Игорь! Он прислушивается, не встала ли каменная Валерия!

– А что должно всегда быть в доме?

Думая о своём, Алька не сразу переключилась на вопрос брата. Сначала не хотела отвечать: вопрос какой-то пустой, будто ответ нужен, чтобы выждать что-то. Но всё же… Чтобы ответить, вспомнила нижние ящики и полки кухонного буфета в доме бабушки Инги и принялась перечислять:

– Соль, сахар, растительное масло. Неплохо бы – крупы. В холодильнике – запас яиц, обычное сливочное масло и консервы. Сухое молоко или сливки.

– Аль, а если будет возможность, если такие продукты здесь есть, сумеешь напечь свои булочки? Они у тебя почти несладкие. Можно временно и их поесть вместо хлеба.

– Если дрожжи найдутся, почему бы и нет?

Беседу, которая и так казалась бессмысленной, прервал деликатный стук в дверь. Пришёл домоправитель – звать на утренний кофе, к Ангелике Феодоровне.

А потом близнецы спустились на второй этаж. Входя в здешнюю гостиную, Алька вдруг вспомнила и чуть не рассмеялась: а хозяйка дома смирилась-таки, что правнуки не называют её по имени-отчеству, предпочитая короткое и ласковое «бабуля».

Поздоровавшись со всеми присутствующими и подходя к кофейному столику, девушка мысленно пожала плечами: «Я так и знала!», имея в виду сидевшую тут же, кроме Игоря, каменную Валерию.

А потом покраснела, поймав укоризненный взгляд Ангелики Феодоровны. Можно было и раньше догадаться, что бабуля сразу поймёт, кто устроил страшенный буран.

Алька виновато прикусила губу: ой, сейчас от бабули влетит!

Но за время маленькой трапезы с кофепитием Ангелика Феодоровна о буране не говорила. Зато, бросая взгляды на Алика, когда брат не смотрел на риелторшу, а косился на хозяйку дома, девушка заметила на его лице тревогу. Что-то случилось, из-за чего Алик беспокоится о бабуле? Тогда почему брат ничего не сказал ей, сестре? Или не успел сказать и объяснит, но потом?

Кофейник опустел, как и заварник для тех, кто хотел бы побаловаться с утра чайком. Вазочки со сластями и миниатюрные корзинки с плюшками (сегодня их было маловато) – тоже. Но Игорь с места не поднялся, чтобы своим движением подсказать: утренний приём у Ангелики Феодоровны закончился.