– Рассказывай, чё узнал.

– Много чего, – неохотно ответил Алик. – Даже не знаю, с чего начать. Хотя… Помнишь, бабуля Ангелика проговорилась, что у нас с тобой не сила, а силища? А мы до сих пор этого даже не замечали, да?.. Думали – малёхо, но сила есть. Знаешь, в чём дело? Не поверишь. На магфак берут тех, кто сумел сделать экзаменационные задания. А они, эти задания, как раз и раскрывают весь магический потенциал. То есть пока мы с тобой ныкались, тыкались да старались хоть чему-то научиться соразмерно нашим силёнкам, сила эта дремала в нас.

– Но… - прервала его обеспокоенная Алька.

Брат поднял руку, призывая к молчанию.

– Поступившие дают магическую клятву никому не рассказывать об экзаменационных заданиях. Репетиторы нужны, чтобы выполнять с будущими студентами аналоги экзаменационных заданий, которые не раскрывают магический потенциал, а ещё затем, чтобы держать потом своего подопечного под контролем. Ну, в смысле – чтобы студент не устроил чего-нибудь… ну… магического. А бабуля Ангелика сделала так, что… освободила (или как это по-другому называется?) наши силы. Из-за дома.

– Из-за дома – понятно, а ей из-за нашего высвобождения ничего не будет? – со страхом спросила Алька.

– Я спросил. Она сказала, что возраст у неё такой, что если бы тамошние маги и хотели её как-то наказать, то её возраст не позволил бы им что-то сделать с нею.

– Так, значит, её сыновья, возможно, тоже сильные? – медленно проговорила девушка.

– Нет, они ближе к слабым середнячкам. Она пыталась их раскрыть, используя какие-то старинные заклятия, которые использовала с успехом на нас. Но увы…

– И… что из этого? Я же вижу, ты опять целое предисловие устроил!

– Помнишь Ваську Прохорова? Я тебе про него рассказывал.

Брат остановился и на полном серьёзе стал ждать ответа от сестры.

Ошеломлённая резким переходом от магических тайн к какому-то Ваське, Алька чуть не завизжала на него. Истошно. Но собралась с силами – и только задышала так тяжело, словно только что мчалась изо всех сил – и вот свалилась на кровать… Дождавшись, пока первый порыв убить брата пройдёт, она врезала ему в плечо.

– Ты чего-о?! – отшатнулся от неё Алик. – Больно же!

– Скажи спасибо, что не ногами затоптала! – злобно ответила девушка. – Говори быстро, что хочешь сказать!

– Синяк же будет… - уже проворчал брат, пытаясь сдвинуть с плеча рубаху и высмотреть будущий синяк. – Ладно. Только не психуй. Я собираюсь своей магией Леля Ваську обогатить, чтобы к нему клиенты (особенно клиентки) в огромном количестве приезжали и чтобы он мне за это доплачивал. И тогда…

– Алик, а ты не заболел? – озабоченно спросила Алька и потрогала ему лоб. Не мокрый и не горячий, как бывало, когда брат простужался.

– Ну и пусть! – обиделся брат. – Не хочешь знать, чего ради всё это задумал, и не буду рассказывать больше!

– Так у тебя это ещё только предисловие? – ахнула Алька. – Договаривай давай! А то ты и в самом деле меня с ума сведёшь своими подходами к главному!

Алик внимательно посмотрел на неё и не спеша сказал:

– Если будешь смеяться, я тебе больше никогда ничего…

– Говори!

– Я хочу жениться на Валерии!

Алька с удивлением посмотрела на брата и решила выждать, что он ещё скажет. А он молчал. Глядел в пол, снова слегка покачиваясь на кровати.

Она только начала вскипать в раздражении, но вовремя пнула – мысленно, конечно же, саму себя. Во-первых, она сама велела говорить только о самом главном. Во-вторых…

Вот тут она задумалась. Близнецы они, в конце концов, или нет? Дальше она должна понять брата и без его следующих объяснений!.. Как связаны его желание жениться и работа на того же Ваську? А просто. Куда он приведёт Валерию после свадьбы? В бабулину двухкомнатную квартирку? Вряд ли. Значит, заработанные деньги пойдут сначала на съёмное жильё, а потом он будет копить на своё собственное. Пока что сам. Валерия-то ещё учится. Но работа на Ваську… Да ещё таким образом…

И поняла, что страшно завидует Алику. У него впереди что-то есть, что он начинает планировать. Есть цель.

А она? Алька? Почему-то мысль о том, что придётся расстаться с Игорем… вызвала желание передёрнуть плечами, как от мороза, пронизавшего всё её тело.

Вывод ясен: только у неё всё неопределённо.

– И что ты от меня хочешь? – медленно спросила она.

– С чего ты решила, что я чего-то от тебя хочу? – не оборачиваясь, спросил Алик.

– Ты пришёл в мою комнату, сел на мою кровать. Ну?