Бои в северной Африке стихли. Русские подвижные части добивали отдельные разрозненные гарнизоны в дальних уголках. Пространные пустыни стали естественной преградой на пути армий. Как слышали офицеры, все идеи продвижения вдоль Нила остались в предварительных выкладках. Оно и верно, Африка — это не Европа, вместо дорог одни направления, а климат местами убивает вернее пулемета.

Русские войска стояли у крупных городов, занимали ключевые узлы. В батальоне уже пошли разговоры о возвращении в Россию. Хотя работы саперам в Александрии непочатый край. Одни взрывают, другие строят. Люди полковника Никитина расчищали завалы, ремонтировали пути, очень много работы нашлось в портах. Пусть подъемом затонувших судов занимались флотские специалисты, но и армейцам нашлась работа восстанавливать портовое оборудование. Да, в основном расчистка завалов. Все же бомбардировщики нанесли базе весьма немалый ущерб.

— Прошу извинить, — прозвучал за спиной незнакомый голос. — Господин штабс-капитан, напомните: где я вас видел?

К Никифорову обращался рыхловатый мужчина среднего возраста в форме с петлицами и погонами старшего военврача.

— Сергей Витальевич? Вас тоже занесло в Африку?

— Простите великодушно, фигуру и лицо помню, манеру держаться. А, вот где встречались не скажу. Вы у меня не лечились?

— Бог миловал. Мы с вами одно купе делили до Москвы. — Иван сразу вспомнил этого человека, тогда в поезде они имели долгую и интересную беседу на самые разные темы.

— Вот и удалось свидится. Даже не думал, что вас тоже к Нилу принесет. Полагал, завернете после Москвы на Киев и дальше в Константинополь. Мне рассказывали, на греческом фронте саперы хорошо поработали. Все наши атаки прошли стараниями военных инженеров.

— Нет, Отдельный Кексгольмский батальон. Третий мехкорпус.

— Соратники, значит. Только я при 3-й бронетанковой дивизии, — Лицо военврача Сыромятина расплылось в широкой радостной улыбке, уголки глаз блеснули огоньком.

— Вот здесь и встретились. Все дороги ведут в Африку! — последовал дружеский хлопок по плечу медика.

— Такое дело надо отметить.

Разговор происходил на улице недалеко от коммерческого порта. Иван Дмитриевич как раз возвращался с инспекции, наблюдал за работами. К его удовольствию врач отреагировал как надо. Все же с хорошим знакомым и просто приятным человеком не грех продолжить беседу в более располагающем месте.

— Если не спешите в часть, поблизости есть одно заведение. Помните, вы в дороге рассказывали, чем катык от ряженки отличается?

— Губернией и национальностью молочника, — машинально ответил Никифоров.

— Так вот, от полковых кашеваров и местных изысков полагаю вы уже устали. Мне коллеги показали настоящий европейский ресторан. У них повар из Рязани, потрясающе готовит верченое на углях и настоящие пироги!

Отказаться от такого решительно невозможно. По пути офицеры со знанием дела обсуждали чем отличается шашлык от верченого. Никифоров утверждал, что все дело в маринадах, а Сыромятин рассуждал о порционных кусках, вымачивании и режимах жарки. На пороге «Ройал Оук» оба пришли к выводу, что мясо на углях можно готовить самыми разными способами, маринадов в мире огромное множество, а вот жарить на углях из дров хвойных пород суть издевательство над едоками.

Заведение оказалось весьма популярным. Причем, как заметил Иван Дмитриевич, офицеры и унтера составляли только половину посетителей, в зале немало местных европейцев, и даже встречались белые хламиды и характерные физиономии аборигенов.

Зал почти полон, но метрдотель нашел свободный столик недалеко от входа. Да, достаточно чисто, обстановка располагающая. Есть даже живая музыка, два певца в широкополых шляпах и жилетках с бахромой задорно исполняли народное кантри.

— Надеюсь, меню не американское?

— Давайте проверим, Иван Дмитриевич, — врач машинально пригладил волосы и потянулся к винной карте.

Что ж, кухня действительно нормальная европейская. Даже уха предлагается. Разумеется, после разговоров по пути к заведению оба заказали верченое из барашка с овощным гарниром.

— Греческое узо не советую. Смола, разведенная спиртом. Местные в выпивке не смыслят.

— Согласен.

— Рекомендую граппу. У них еще довоенные запасы.

— Только самую капельку, — Никифорова невольно передернуло, местный климат совершенно не располагал к крепкому алко.

Половой в белой рубашке с перекинутым через руку полотенцем склонился в полупоклоне.

— Бутылку вот этого, — сапер ткнул пальцем в меню.

Двойной перевод, это ужас, остается угадывать по наитию. Английская транскрипция сама по себе кого угодно с толку собьёт. Но фирменный знак известного Константинопольского завода ни с чем не спутать. Легкое красное под мясо вполне подойдет. Половой, закивал и оскалился, по-русски он немного понимал.

Пока ждали заказ, в двери ресторана вошел капитан Кравцов. Помощник комбата остановился, окидывая взглядом помещение. Со свободными столиками уже плоховато-с. Иван Дмитриевич приподнялся и махнул рукой, обращая на себя внимание соратника.