Она разжала кулаки. Её пугали не столько его угрозы, сколько резкие смены настроения. Каждый раз, когда она начинала расслабляться, он снова бросал её в пучину страха.

— Ты выглядишь голодной. Не представляю, что ты ела на той ужасной вечеринке. Тебе нужны силы. Я скоро вернусь с завтраком.

Синяя дверь подвала скрипнула, когда он открыл её, и даже не потрудился закрыть, уходя. Ева смотрела, как его тень исчезает, поднимаясь по лестнице, застеленной ковром. Она затаила дыхание, внимательно наблюдая за квадратом света, пробившегося в открытую дверь.

Когда она убедилась, что он ушёл, то соскользнула с койки и мягко приземлилась на холодный бетон. Ноги подкашивались, но она удержалась на ногах. Сделав пару шагов вперёд, она почувствовала, как цепь натянулась. Ева наклонилась, схватилась за цепь обеими руками и изо всех сил потянула — безуспешно. Тогда она встала на четвереньки и заглянула под кровать. Цепь была прикреплена к цементу массивным металлическим винтом. Ева снова дёрнула её, используя вес своего тела, совершая короткие резкие рывки. Ничего.

Позади неё скрипнула лестница, и она, не теряя ни секунды, быстро вернулась на койку.

— Надеюсь, тебе нравятся хлопья, — прокричал он с лестницы. — Лично я не гурман. Остальное наверху сгнило. Обычно мои гости не задерживаются надолго. — Он бросил ей на колени коробку медово-ореховых хлопьев «Черис». Она не могла заставить себя взглянуть на него, уставившись на весёлую пчёлку на упаковке.

— Я собираюсь уехать на какое-то время. Пока меня не будет, попытаешься сбежать?

— Нет, обещаю, — ответила она, покачав головой.

— Ничего страшного, если попробуешь, Ева. Это вполне естественно. Попытайся. Я не буду сердиться. Знаю, ты будешь паинькой, пока меня не будет. Но не волнуйся, это ненадолго. Я обязательно обниму твою маму за тебя. — Он завёл руку за её спину и притянул к себе в неловком объятии.

Ева съёжилась, опустив голову и не глядя на него, пока он уходил.

— И не думай, что я забыл о нашем соглашении. Я дал тебе кое-что, а когда вернусь, наступит твой черёд.

На этот раз он закрыл синюю дверь, и засов с сухим щелчком встал на место.

Глава 12

Шиллинг свернул с Черри-стрит и попал в один из уютных кварталов, словно сетью разбросанных вокруг центра города. Красивые, ухоженные дома в стиле крафтсман20 выстроились вдоль улицы, навевая ощущение, что время здесь остановилось где-то в середине двадцатого века.

— Я знал, что это случится.

— Ошибка новичка номер двадцать, — протянул Шиллинг. — Думать, что только у тебя есть теория.

Джеймс покраснел.

— Меня шокирует, как быстро он нашёл следующую жертву, — признался он.

— Мы не знаем наверняка, что произошло именно это.

— Так ты не думаешь, что есть вероятность того, что девушку похитили и случилось что-то плохое? — спросил Джеймс, пока машина плавно переехала через «лежачего полицейского».

— Конечно, такая вероятность есть, и мы будем всё тщательно проверять. Но не стоит исключать другие версии, чтобы не упустить важных деталей. Мы знаем, что она была на вечеринке. Может быть, ушла с каким-то парнем и сейчас просто отсыпается где-нибудь.

Они подъехали к дому. Невысокий кованый забор окружал парковку, а предупреждающие знаки сообщали, что территория находится под постоянным наблюдением. Шиллинг припарковал машину и заглушил двигатель.

— Похоже, кто-то сделал всё, чтобы внутрь никто не пробрался, — заметил он.

— Так ты всё ещё придерживаешься своей версии о безответственной тусовщице? — спросил Джеймс.

— Эта версия будет рассматриваться, пока не докажут обратное. Но, возможно, у мисс Костас есть злобный бывший, о котором мы не знаем.

— Я это обязательно уточню. — Джеймс вышел из машины и подошёл к воротам.

— Здравствуйте, детективы, — поприветствовала их женщина, появившаяся в дверях и вышедшая на просторную крытую веранду. — Извините, — она направила на них пульт, и ворота плавно открылись. — Я зашла за салфетками. — На ней были свободные фиолетовые штаны для йоги и кардиган того же цвета. Плотнее закутавшись в струящийся свитер, она села на край кресла-качалки.

— Никаких проблем, мэм. — Шиллинг с напарником направились к дому. — Вы Лори Костас?