— Как же я воев приведу, если твои стрельцы всех моих положили в землицу сырую? — отставил фужер в сторону Дмитрий Александрович и вполне трезвыми глазами глянул на профессора Виноградова.

— Воев? Тех, что с тобой сейчас хватит. Тут не вои главное, а твоё зятёк присутствие. Ты будешь города брать. А я и мои вои только помогать тебе. Не о том думаешь, брат. Я же говорил тебе, что с завтрашнего дня объявляю свою державу Королевством Русским. И вот тебе с двумя княжествами Брянским и Туровским предлагаю вступить в это королевство.

— А ордынцы? — сморщился от понимания неминуемой расплаты, как ему кажется, за предательство хана Узбека князь Брянский.

— Орда сила. Тут спору нет. Но у Каменца сначала мы с братом побили поганых, потом я побил два тумена целых под Житомелем. Да и тверичи разбили войско поганых в Бертенёвской битве во главе с темником Кавгадыем. Сильны поганые только своим количеством и нашей разобщенностью. Не может степняк одолеть настоящее войско из стрельцов и дружинников. Никогда пастух воина не побьёт. Вдесятером да. Да ещё, если русичи на их стороне, вот, как киевский князь. Его, кстати, я победил и сам он мёртв. Отобьёмся вместе от вонючих пастухов.

— Где Брянск и где Владимир… — вставил начищенный пятачок зять брянца Олег Святославович.

— Точно. Очень далеко. Потому нужна голубиная почта. В обе стороны. И мы её наладим в ближайшее время. Через большие города. там голубятни построим. А ещё через каждые тридцать вёрст на дороге ямы построим. Дозоры, где будут сменные кони всегда дожидаться гонца. Увечных и старых воев много. Туда посадим. Работа не тяжёлая, за лошадьми ухаживать. Коней с поганых и с киевского князя я много взял, хватит.

— Пока помощь от тебя до Брянска дойдёт, город на копьё возьмут или спалят поганые, — продолжал сомневаться Дмитрий Александрович.

— И это правда. Ничего. Я тебе своих воев немного отправлю. Сегодня покажу, что за вои. От них татаровья разбегутся. Огненным боем бить их будут. Книги мне ромейские достались, где про греческий огонь и прочие премудрости наи саны. Всё мы сделали, как в тех книгах и теперь любую силу одолеем. Разбили же поганых под Житомелем, хоть нас в три раза меньше было. Так у меня и потерь почти нет, а их просто нет. всех поганых перебили или полон увели. Дюжина из дюжины тысяч в Сарай вернутся, — Андрей Юрьевич, помолчал, решая говорить или нет, но потом решился, — А ещё соглядатаев под видом купцов нам надобно в пограничные княжества отправить В Переяславль и другие. Ордынцы из-за своих баранов, что они с собой гонят и лошадей медленно идут. Дойдут до Переяславля и купец голубя выпустит, который до Возвягля долетит. В Возвягля выпустят, он до Ровно доберётся. Там пошлют весточку и уже в Луцке голубь, ну а от Луцка и до Владимира голубю пару часов лететь. За двое суток максимум весть от Переяславля, что войско поганых на Брянск идёт до меня долетит. Я тебя оповещу, начнешь готовиться, а сам не мешкая двину воев к Брянску. Ещё и раньше ордынцев буду у тебя в гостях. А по дороге их орду на марше прикончу.

— Лепы слова твои, брате. И дочь у тебя дюже лепа. И мысли лепы. Боязно мне, вестимо. А только согласен я. Сколько же выход я тебе должен платить заместо хана Узбека?

— Хрень какая. Не нужен мне выход пять лет. Развивай производства, строй города. С пахарей мыто меньше бери, чтобы они себе вторую коровёнку или лошадку завели. Пусть люди богатеют. Я и мастеров тебе пришлю. Точнее ты мне молодых кузнецов пришлёшь две сотни человек, а я через год тебе великих мастеров верну. А ещё милиционеров…

— Мили церы? — попытался повторить теперь знакомое во всей Волыни и Галиции слово Дмитрий Александрович

— Бери бокал, зятёк. Потом обо всё подробно поговорим. Давай выпьем за красоту моей дочери Евфимии — великой разумницы и рачительной хозяюшки. С нами не пропадёшь.

Андрей Юрьевич глянул на дочурку. Та сияла ещё ярче. Тем с вместе с золотом и яхонтами сияли и карие глаза. Ну, значит, понравился ей брянец. Так тому и быть.

Глава 26

Событие семьдесят пятое

— Ты, Данька просто змей Горыныч настоящий! — Юрьев уже горячил своего коня, ожидая пока ребята с помощью привезённых только из Загора досок отремонтируют мост.

Дела шли не очень споро. К этому мосту нужно ещё пробраться было для начала. Там в два слоя раненые и убитые венгры с лошадьми. Пленных сначала Санька решил не брать. Подлечится унгр, выплатит денежку немалую за своё освобождение, а потом кликнет его новый венгерский король и опять отправится он с русскими воевать. Так он ещё сволочь неблагодарная и детям заповедает русских ненавидеть и при первой возможности идти с ними на войну поквитаться за батяньку, за его страдания, что он в плену у схизматиков претерпел. На богослужение в костёл не пускали, кабанчика, зажаренного на вертеле, не приносили, одной мужицкой кашей из полбы кормили. И вина греческого не давали, аспиды.

Может лучше добить его сейчас. Сунул кинжал булатный в глаз, отнёс на венгерскую территорию и пусть там в общей куче лежит и смердит, падальщики крылатыми и ногатыми растаскиваемый. Добычи и так за глаза. Полно хороших кольчуг, мечи опять же и у многих ножны с серебром, золотом и каменьями. Да, много чего, калита у каждого почти и в ней золотые и серебряные монеты. А шеломы какие богаты, да ещё на лошадях попоны с нашитыми железными пластинами. Так и плащи шёлковые на многих и одежда из хорошего сукна. Мало ли что в крови. Отстирают бабы.