Полминуты умиляясь их встречей, устремила взгляд на Илью. Злилась. Еле слышно зашипела на него:

— Ты что, взял пистолет? Ты совсем, что ли?

— Какой пистолет? О чем ты? — убрал руки в карманы брюк.

— Тот, что у тебя в пиджаке!

— Нету там ничего.

— Как нету? Ах ты так! — полезла в карман его пиджака, злая, взбешенная. Как он мог взять с собой пистолет. Оружие — табу там, где есть наша Сапфира!

Аккуратно вытаскиваю руку с бархатной коробочкой. Глаза моментально намокают. Сердце замирает и начинает биться в сто раз чаще. Не могу оторвать от нее взгляда.

— Ты будешь моей женой? — шепчет мне на ухо самый любимый мужской голос.

Не могу сдержаться. Слезы смывают весь макияж. Все слова застряли где-то в горле. Утвердительно машу головой и утопаю в родных руках.

Конец

Георгий закрыл ноутбук. Видео из суда в очередной раз подняло настроение. В теле парня ощущалась приятная истома. Этот азарт поглощал полностью. Остановиться было невозможно.

«Всё вышло даже лучше, чем планировалось», — размышлял Гоша, расплываясь в улыбке.

В кабинет влетел седовласый мужчина.

— Ты заигрался, сын! Я закрывал глаза на твои косяки, но ты перешел все рамки дозволенного! Я тебя не узнаю. Мы только замяли это дело с офицером! Ты и представить не можешь, каких трудов это стоило. А ты зачем-то решил вытащить из тюрьмы эту домработницу! Ты в своем уме?

Георгий ехидно улыбался, вспоминая, как подсунул беременной бродяжке сапфиры. У него появилась слабость на нищих. Дарина вскрыла пластырь. Ему доставляло колоссальное удовольствие играть их жизнями.

— Отец, давай без этого. Разве не ты меня этому учил?

Василий Нестеров багровел от злости и размахивался руками в разные стороны:

— Не я. Мой сын должен был вырасти достойным человеком, в отличие от меня! Гоша не мог всего этого сделать.

Кабинет оглушил натянутый смех Георгия.

— А он и не делал.

На лбу мужчины солидного возраста выступила испарина. Сердцебиение повысилось мгновенно. Его догадки подтвердились.

— Де-е-нис?

Парень в кресле ухмыльнулся и похлопал своему старику.

— Ка-а-к давно это началось? — заикался старший Нестеров.

Гоша одарил его фирменной улыбкой джокера и устрашающе посмотрел в глаза. Отвечать он не спешил. Ему нравилось, что даже отец боялся.

— Дай мне поговорить с Гошей! — задыхался Василий от переживаний.

— Его нет на связи уже больше месяца. А так я два года уже как вернулся. Если бы чаще общался со мной, может, и заметил бы. Лучше ты дай мне поговорить с твоим альтер эго, тот мужичок мне нравится больше, — злобно посмеивался.

Альтер эго старшего Нестерова уже более пятнадцати лет молчало. Ему удалось победить его и стать достойным человеком. Но за грехи тех лет приходилось расплачиваться по сей день…

Самым большим ударом стал сын, который родился с таким же расстройством личности. Долгие годы они занимались его лечением и искоренили «Дениса» только к его выпускному классу. Лишь этот последний учебный год Гоша ходил в школу как обычный парень и заводил знакомства.

Василий пытался поймать в глазах сына хоть какие-то нотки любви. Он по себе знал, что обе личности могут любить своего родителя и прислушиваться к нему. Но перед ним сидел озлобленный парень, от которого отказались. Которого выбросили из жизни. Мужчина не знал, на что он способен…

Василий выдвинул стул, в попытке успокоиться сел напротив сына.

— Не ожидал вновь разговора с тобой. Мы…

— Да, вы виноваты и всё такое. Выгнали меня из тела этого ушлёпка. Можешь даже не расмусоливать.

— Хорошо. Объясни тогда, чего ты хочешь добиться? Зачем тебе эта непонятная девка Варвара?

— А разве не ясно? Понравилась. Мой типаж, — засмеялся Денис.

Василий под столом незаметно достал телефон и писал смс своей жене. Ему необходимо было потянуть время до приезда врачей. Теперь его не волновала анонимность и скрытность. Единственное, что он желал, чтобы его сын вернулся.

— Стоит признать, всё скинуть на генерала Теплова было умно, он давно у всех в печёнках сидит, — пытался Василий продлить разговор.

— А то. Ещё бы этого Илью туда приплести не мешало, но этот хрен чист, не подкопаешься. Тёлку Гоши теперь шпилит. Ах-ха-ха. Играют в семью. Скука смертная. Эти персонажи мне больше не интересны. А вот Варя, я бы с ней пару дел замутил, — улыбка с лица не сходила, менялась только интонация и взгляд. Его накрыло вожделение.

Мысли о Варваре притупили его предусмотрительность. В голове Дениса постоянно крутилось видео, снятое в палате, где она признала, что нужны были камни. Лица окружающих доставляли удовольствие. А ее огненные глаза сводили с ума. Денис присутствовал на всех заседаниях суда. А потом пересматривал записи. Она изменилась. И следа не осталось от той безропотной служанки. Даже осанка стала иной. Откуда взялось столько уверенности в себе?