Легкие волнообразные локоны мягко обрамляют личико, на которое визажист успевает нанести вечерний макияж, но не броский, к счастью. Эффектно подчеркивая мою природную красоту и свежесть лица.

Губы с нежным розовым оттенком растягиваются в улыбке, когда едва касаюсь пальчиками с обновленным маникюром элегантных шпилек с бусинками, удерживающих пряди волос.

Очуметь просто!..

Так измениться за полчаса!

Вот это профессионализм!

Со мной работал весь персонал одновременно, попросив обождать парочку клиентов. А ведь те тоже не менее значимые персоны, скорее всего, раз посещают столь дорогой салон красоты. Но имя Кайсарова весомее, хоть его девочку и видят впервые.

Не тронутыми оказались ноги. Я недавно делала педикюр, и моя мастерица нисколько не хуже: несмотря на то, что я босиком по улице бегала, покрытие на ногтях не пострадало.

Единственное, что сделала мастер — нанесла массирующими движениями масло на ступни. А я болтала босыми ножками, позволяя ему впитаться в кожу.

— Да, очень нравится, — выдыхаю наконец-то и пересекаюсь в отражении со взглядом персонала, отмечая, что их насмешка уже сменилась заинтересованностью.

Теряются в догадках: кто же эта особа, о которой так побеспокоился сам Валех Тимурович.

Но молчу, чего бы никогда не сделала, если бы пришла в салон самостоятельно. Люблю потрещать с мастером на разные темы, пока умелые руки колдуют над образом.

Конечно, я реже бываю у стилиста. К ногтевому мастеру обращаюсь чаще.

— Матильда, ваше платье! — доносится женский голос, и я с удивлением встречаюсь в зеркале с другой парой глаз.

Не веря в увиденное, разворачиваюсь всем креслом, уставившись на белое платье, струящимся шелком ниспадающее к полу в руках девушки.

Но и это не все!

В салон входят еще женщины с обувными коробками в руках, тут же вынимая белые туфли на высоком каблуке.

— Не уверены, какой у вас размер, Матильда, потому принесли разные, для примерки.

Нервно сглатываю, не в силах выдавить ни слова. Ресницами хлопаю, открыв рот с розовым оттенком помады.

А что, собственно, происходит? Почему такой кипиш?

Нет, я понимаю, что должна выглядеть роскошно, но почему платье белого цвета?

Нет-нет, это не то, о чем я думаю! Иначе бы Валех приказал притащить свадебное. А платье в руках девушки просто вечернее.

Возможно, как контраст с ним: белое с черным.

— И вот еще, — шуршит упаковочной бумагой девушка, извлекая нижнее белье: маленький нежный кусочек тончайшей ткани. — Воспользуйтесь нашей уборной. После мы поможем Вам облачиться в платье и выберем туфли.

— А можно мне водички? — обретаю дар речи и произношу сиплым голосом.

— Да, конечно, Матильда! Может быть, кофе?

— С коньяком? — пытаюсь пошутить я, но вызываю улыбку на лице персонала и добавляю: — Тогда лучше чистый, без кофе. Для смелости!

— Лучше воду, — натянуто улыбается стилист и подносит стаканчик, а я с жадностью проглатываю содержимое.

— Спасибо, — шепчу я, а саму заметно потряхивает.

Пока сидела в кресле, искоса наблюдая в другие зеркала за работой мастериц, была заметно спокойнее. Но стоило им завершить кудесничать надо мной, как волна беспокойства окатила с ног до головы.

— Сюда, пожалуйста, — указывает направление одна из девушек.

Я на ватных ногах иду следом, обувшись в свои старые балетки. Ну, не босиком же по холодному кафелю!

А каблуки подо мной подвернутся, стопудово! Мне в себя прийти надо. Хотя девушка уже торопит:

— Время, Матильда! Валех Тимурович прибудет с минуту на минуту.

— Ничего страшного, — уверенно заявляю я, сама офигеваю, откуда смелость опять хапнула. — Подождет!

Та рот от удивления открывает, но я не даю себе вволю насладиться произведенным эффектом, закрывая перед ее носом дверь в туалет, предварительно забрав пакет с новеньким нижним бельем.

Охренеть просто…

Волнения не меньше, чем когда меня похитили, при этом, дважды за последние дни.

Сам Кайсаров производит впечатление, сравнимое с разорвавшимся поблизости снарядом. От него не знаешь, чего ожидать.

Вот сидела бы дома, раз отпустил! Ну, пострадала бы без него неделю-другую, после отлегло. Так нет, надо было Ройсу заявиться и перевернуть мое сознание с ног на голову или наоборот…

Но умом понимаю: нифига бы уже не успокоилась.

Подобно быстродействующему коварному, но мучительно сладкому яду, Валех пробрался в самое сердце, впитался в каждую клеточку тела, проник в кровь, затмевая разум.