— Инспектор Мирцен, — сказал Логранд и снова замолчал.

Он, наконец, взял стул, подвинул ко столу терминала, опустился на него и уставился мне прямо в глаза.

— Вы понимаете, — произнёс он, глядя мне прямо в глаза, — что вы сами…

Я выпрямилась. Нахмурилась. И… задала прямой вопрос.

— Что вы увидели в моём пси, командор Логранд?

Он молчал... а я рассматривала его.

Мой прямой вопрос. Его молчание.

— Вы во всём разберётесь сами, инспектор Мирцен, — наконец, после долгой паузы, выдал командор. — Бот для высадки на Криакстеру уже готов, — он решительно встал, — нам пора.

Как же я ненавижу эту планету!

Голая каменистая поверхность из странного материала, криакса, дающего едва уловимое излучение. В обычных объёмах совершенно не влияет. Но в масштабах планеты, его фон активирует пси.

За тысячи лет после открытия и изучения пси-эффекта, пси — такое же обычное явление, как нож, вилка или колесо.

И Криакстера — место, знакомое всем псионикам империи. Планета, изученная вдоль и поперёк. Нарезанная на сектора с разным уровнем влияния на пси. С проверенными на миллионах псиониках схемами развития пси-способностей от широты ударов телекинезом до некоторых глубинных уровней восприятия эмоций.

Бот заходил на посадку, чтобы высадить меня и Логранда на вершине Криоры — высоченной горы. Это единственное место на планете, где криакс влияет минимально, а значит, псионики дышат спокойно.

Именно там у нас была назначена встреча с тренером Рийсолом.

Сильно трясло, но автоматика бота справлялась, огибая воздушные ямы и прочие атмосферные сюрпризы Криакстеры.

Я продолжала усиленно думать, мельком бросая взгляды на бесстрастное лицо Логранда, возвышающегося в кресле напротив меня.

С бывшим маршалом после его фразы, что я во всём разберусь сама, мы больше не перекинулись ни словом.

Он вообще предпочитает молчать, да и я слова экономлю.

Да и смысл? Мне одного взгляда хватило на командора, чтобы понять: ничего не добьюсь. Решил, что не скажет, значит, не скажет.

Весь путь я строила догадки одна страшнее другой.

Объединённые данные — мои и Логранда с очевидной беспощадностью говорили об одном.

На империю надвигается новая, скрытая сила. Это не внутренний заговор, как я предполагала изначально, когда только приступила к расследованию.

Сама система устройства империи, выстроенная поколениями императоров — мощнейших псиоников, проведённых через особое обучение — исключала развитие групп, достаточно влиятельных, чтобы перехватить власть.

Но эту версию я отработала. Да и данные бывшего маршала, влитые в мои схемы, окончательно это подтвердили. Не заговор. Нет. Что-то иное. Масштабное. Внешнее.

Выходило так, что по всей империи возникают очаги людей, тонко-обработанных с помощью пси. И потом уже они обрабатывали новых.

Группа псиоников на Фарсиопе — та самая, которую раскатал в одиночку Логранд — обучалась здесь, на Криакстере. Причём, собралась она там в группу стихийно. Псионики ничем не были до этого связаны, выполняли на Фарсиопе разные задачи, но они пришли в одну точку и повлияли на толпу.

Для всех других стихийных бунтов в разных уголках империи схема была похожая. Лишь в единичных случаях удавалось выявить псионическую группу.

Логранд выдал мне десятки засекреченных данных, к которым я при всё желании не смогла бы получить допуск. Их хватило, чтобы преодолеть статистические погрешности и смело утверждать.

Внешняя сила, не имеющая корней внутри империи, влияет на псиоников. И корни этого здесь, на Криакстере.

Удалось вычислить тренеров на Криакстере, обучавших максимальное число псиоников, подвергшихся воздействию.

Тренер Рийсол — единственный, кто сейчас продолжал работать и оставался в живых.

Бот приземлился. Мы отстегнули ремни, Логранд легко отодвинул тяжеленную дверь, спустился и подал мне руку. Я помедлила и… позволила себе опереться на его крепкую ладонь.

Странно. Ни от кого другого я бы не приняла подобного жеста. Ладно, об этом я подумаю потом.

Логранд стоял, выжидающе разглядывая меня, а я не торопилась идти к приземистому одноэтажному зданию пси-центра. Сделала несколько шагов к краю обзорной площадки.

Здесь, на вершине горы, дышалось на удивление легко. Чистый воздух с примесью чего-то неуловимо-цитрусового. Низкие тёмно-серые облака. Три столба смерчей вдалеке и один поближе.

Мне нужно настроиться на беседу с тренером Рийсолом.

Ведь я тоже училась у него. Тот самый пси-интенсив, на который я записалась после гибели Даста, моего жениха, чтобы хоть как-то обрести почву под ногами.