– И платье нравится, и то, что под ним, – подмигивает. – Иди сюда.

Лезет целоваться.

– Перестань, здесь столько народу, – смеюсь, уворачиваясь.

– Да и чё? Ты моя девчонка. Пусть видят и завидуют, а то стоят вон, слюни пускают. Вы откуда петушары, эу? – намеренно цепляет парней из другой школы.

– Какие-то проблемы, дружище?

– Будут у тебя. Чё палишь на неё так, белобрысый?

– Ренат, я тебя прошу, – тяну его за руку.

Алиев – не только кандидат в мастера спорта по борьбе, но и мастер разжигать конфликты.

Очень не люблю, когда он устраивает нечто подобное. Мне становится стыдно и неловко за его поведение.

– Зубы лишние есть? – продолжает быковать. Благо, те не выражают ответной агрессии.

– Успокойся, не надо.

– Шерсть, – цедит пренебрежительно, закрывая меня собой.

– Хватит, пожалуйста, иначе в Кремлёвский Дворец мы не попадём.

Замечаю неподалёку человека в форме. Сотрудник полиции внимательно за нами наблюдает.

– Кто не попадёт? Я не попаду? Это они не попадут, потому что в травмпункт отправятся.

– Ренат, ну всё.

– Слишком короткое. Все ноги напоказ. Провоцируешь на драку. Зачем надела такое?

Речь о платье, конечно.

– Пять минут назад оно тебе нравилось.

– Разонравилось, – бросает сердито.

– Ну супер.

Собираюсь отойти к нашим девчонкам, но он меня, по традиции, останавливает.

– Прости, – ловит в свои медвежьи объятия. – Сложно держать себя в руках, когда рядом такая красивая девочка.

Молчу.

Мы неоднократно ругались из-за его вспыльчивости и горячности, и если поначалу мне это даже нравилось, то со временем такие вспышки агрессии стали напрягать.

– Чё там с твоим днём рождения? Всё в силе? – спрашивает, стиснув моё тело своими ручищами.

– Не знаю.

– Ты обещала, что станешь моей, когда тебе исполнится восемнадцать.

– Давай не будем торопиться.

– Торопиться? – повторяет, усмехнувшись. – Лер, я целый год этого ждал, – в его голосе звучат явные нотки недовольства. – Тоже пойми меня как бы. Это уже несмешно.

– Ты обещал не давить, – напоминаю я ему.

– А кто давит, малыш? Разве я давлю?

– У меня в жизни не пойми что происходит. Отец решил жениться. Элла возомнила себя хозяйкой дома. Я вообще пока не представляю, как именно буду праздновать свой день рождения.

– Зато я представляю. Давай на хату к моему дяде залетим? В ту, на Котельнической, про которую я тебе рассказывал.

– Как-то не по душе мне эта идея.

– Почему? Квартира будет пустовать в ближайшие пару недель. Я всё организую. Лепестки роз, ужин, свечи и прочую лобуду. Отпразднуем твоё совершеннолетие вдвоём, по-взрослому, м? – целует в шею, прижимает к себе сильней. – С ума схожу... Хватит меня мучить. Обещай, что подумаешь насчёт моего предложения?

– Подумаю.

– Алиев, оторвись от моей подруги, – доносится до нас голос Иды.

Парень раздражённо цокает языком.

– Того и гляди, сожрёшь её.

– Завязывай ревновать, Островская.

– Чего мне ревновать? – фыркает та в ответ. – Мы с Леркой со времён горшка вместе, а ты только в десятом классе нарисовался. Так что меня она любит на порядок больше.

– Найди уже себе парня, а. Вечно хвостом за нами таскаешься.

– Обязательно последую твоему совету, – натянуто ему улыбается.

– Ну ладно вам, завязывайте, – миролюбиво вмешиваюсь в этот напряжённый диалог.

Так уж сложилось, что ребята не ладят и постоянно норовят уколоть друг друга.

– Я, вообще-то, по делу. К нашей классухе подойди. Там что-то насчёт ресторана у отца твоего узнать надо.

– Скоро вернусь, – Ренат оставляет поцелуй на моей щеке и, грозно зыркнув вправо, удаляется.

– Неадекватушка, – вздыхает подруга, цепляясь за мой локоть. – Опять обсуждали важное грядущее «событие»?

– Ида…

– У тебя скулы красные.

– Это румяна.

– Да-да.

– Что? – пытаюсь оставаться невозмутимой. – Смотри какие мишки симпотные! Пойдём фоткаться.

– Стоп-стоп. Зубы не заговаривай, – тормозит меня. – Колись уже, Есьман. Где и когда планируете осуществить задуманное? Сегодня в «Орлиных»?

– Нет, ты что!

По секрету делюсь с ней некоторыми деталями нашего с Ренатом разговора и по ходу монолога вижу, что, затея с квартирой на Котельнической ей, как и мне, не особо нравится.

– Ты не торопись, если не готова пойти дальше.