— Заткнись.

Я усмехаюсь, мой голос становится ниже.

— Заставь меня.

Она насмехается, но в этом нет злости, только дразнящая нотка, которая всегда была между нами.

— Я тебя ненавижу.

Я наклоняюсь чуть ближе, проводя большим пальцем по краю бассейна рядом с ней.

— Нет, не ненавидишь.

Она открывает рот, вероятно, чтобы возразить, но потом останавливается.

Дыхание снова перехватывает, на секунду мне кажется, что она собирается сократить расстояние между нами. Напряжение нарастает, пространство практически гудит.

— Чего ты хочешь? — наконец спрашивает она, голос мягкий, но ровный, и это застает меня врасплох.

Вопрос слишком сильно напоминает мне тот момент, который мы разделили на Фиджи.

Моя первая мысль — это просто ты. Это все, чего я хочу. Но если я скажу это вслух, если мы поцелуемся здесь, это будет не просто как в прошлый раз. В этот раз мы ни за что не остановимся, и я не уверен, готова ли она к этому.

— Думаю, я ясно дал понять, чего хочу, принцесса, — говорю я вместо этого.

Она разрывает зрительный контакт, погружаясь в воду. Лениво плавает вокруг меня, а я остаюсь на месте, позволяя ей свободно двигаться.

Мой взгляд следует за ней, сердце колотится. Она притягивает меня, даже не пытаясь.

Через несколько секунд приподнимаюсь и сажусь на край бассейна, вода каскадом стекает по моему телу, наблюдаю, как она уходит на глубину. Когда наконец всплывает, наши глаза снова встречаются. Выражение ее лица не поддается прочтению, но что-то в том, как смотрит на меня, заставляет меня застыть на месте.

Малия плывет к лестнице и медленно вылезает из бассейна, вода стекает по ее красивому телу, она заворачивается в полотенце. Не говоря ни слова, возвращается в дом, оставляя меня одного у бассейна.

Я жду несколько минут, пытаясь разобраться с вихрем мыслей, проносящихся в голове, затем поднимаюсь и следую за ней в дом.

Прохлада кондиционера отражается от моей кожи, я слышу звук воды, текущей из ее ванной комнаты. Она в душе.

Замираю перед ее дверью, прислушиваюсь на секунду, прежде чем отвернуться и направиться в свою комнату.

Карнавал сегодня вечером. Мы идем с остальными, а мне еще нужно подготовиться.

Стягиваю с себя мокрые плавки и направляюсь в ванную, включив душ на полную мощность в надежде проветрить голову. Я уже собираюсь войти, как раздается стук во входную дверь.

Хватаю полотенце, обматываю его вокруг талии и иду по коридору к двери, открываю ее и вижу, что кто-то доставляет наши костюмы на вечер. Как вовремя. Я беру пакет, благодарю курьера, прежде чем закрыть дверь, иду обратно по коридору, останавливаясь у комнаты Малии.

Звук ее душа все еще слышен, когда я тихонько стучу, и, не дожидаясь ответа, открываю дверь. Пар заполняет комнату, вырываясь из открытой двери ванной, мельком вижу ее силуэт через матовое стекло. Мое горло сжимается, прежде чем я бросаю ее костюм на кровать и поворачиваюсь, чтобы уйти, но затем я слышу это — ее стон.

Он тихий, едва слышный, но эхом отдается в моей голове, как выстрел. Мое тело мгновенно реагирует, тепло скапливается внизу моего живота, я стискиваю зубы и заставляю себя покинуть ее комнату.

Закрываю за собой дверь, мое сердце колотится, возвращаюсь в свою ванную.

Вода все еще течет, когда я вхожу в душ, позволяя ей бить по моей коже, но она не охлаждает меня. Мой разум продолжает возвращаться к ней, к звуку этого стона, и прежде чем я осознаю это, дрочу, думая о ней.

Снова.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

МАЛИЯ | РИО-ДЕ-ЖАНЕЙРО, БРАЗИЛИЯ

Я смотрю на себя в зеркало, нервно теребя пальцами подол своего карнавального костюма. Яркие цвета должны были выделяться, но в этом наряде я чувствую себя почти голой, более обнаженной, чем когда-либо за пределами океана.

Вспоминаю, как нашла его на кровати после душа, и мне интересно, когда Коа оставил его и слышал ли он, как я принимала душ.

Мое лицо вспыхивает от этой мысли, но я быстро отгоняю ее, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом.

Мой взгляд падает на розовый шрам на бедре, виднеющийся над поясом моего костюма.