Кварех откинулся на широкую ступеньку у входа в храм. Арианна наполнила глаза магией, чтобы прорезать темноту и заглянуть внутрь, но в целом увиденное ее разочаровало. Там стояла статуя Дракона, держащего в руках серебряную шкатулку, а на голове у него красовалась корона из цветов. Монеты и другие подношения были сложены в его маленький сундучок, но больше ничего не украшало помещение.

Удовлетворенная, Арианна села рядом с Кварехом.

— Могу я спросить тебя кое о чем?

— Ты только что спросил, — заметила Арианна, словно ребенок, впервые в жизни совершивший подобную ошибку.

— Ответишь ли ты, если я спрошу? — перефразировал он.

— Это зависит от вопроса. Может, отвечу, а может, оторву тебе язык. — Она не привыкла к тому, что ее угрозы вызывают смех. Она не привыкла к тому, что ее слова были лаем с крошечной вероятностью укуса.

— Хорошо, я рискну. — Кварех сделал паузу, снова погрустнев. — Женщина, которую ты любила…

Арианна напряглась, и Кварех заколебался. Она подумала, не ждет ли он, что она набросится на него за то, что он упомянул Еву. Она задавалась вопросом, почему она до сих пор этого не сделала.

— Ева.

— Ева, — деликатно продолжил Кварех. — Ты и она… вы двое…

Арианна тяжело вздохнула. Ей не хотелось говорить о Еве. Но почему-то ей казалось, что она обязана сделать это с мужчиной, сидящим рядом с ней. Мужчина, чьими удовольствиями она наслаждалась часами, возможно, заслужил эту правду. Если она и собиралась говорить о Еве, то только один раз. Она расскажет ему все, что он хотел знать.

Она сняла шину, освободив себя от иллюзии. Остров пульсировал тихой вибрацией, как и вся Нова. Но, как и предполагал Кварех, она нигде не ощущала присутствия другого магического существа.

Ночь обнажила ее кожу, и она сразу же почувствовала дискомфорт. Это была ее плоть, а не иллюзия. Но это была и плоть, которую видел Кварех и которой поклонялся его рот.

— Она поцеловала меня впервые сюда. — Арианна протянула запястье. На нем было выбито: 20.9.1078. Столько всего произошло всего за три года. — Она была энергичной, полной жизни, вызовов и сердца. Она любила, как мечта, и сражалась, как морское чудовище.

— Что с ней случилось?

— Я убила ее. — Арианна смотрела в бескрайнее небо, словно истина, которую она искала, была написана на звездах. Звезды, которые она никогда бы не увидела, если бы не встретила Квареха. Скорее, истина была бы найдена в мужчине, сидящем рядом с ней. Арианна посмотрела на свои руки, которые недавно приобрела.

— Арианна, я не думаю, что ты должна винить…

— Я перерезала ей горло, Кварех. — Это не было неуместным обвинением. Это был факт. — Мы познакомились во время последнего восстания. Она работала со мной над Философской Шкатулкой. Одаренный Алхимик и один из экспертов Лума по исследованиям Химеры. Она была лучшей из всех миров и почему-то любила меня.

Ари откинулась на локти, откинула голову назад и впилась в темноту, как в крепкий алкоголь. Это подпитает ее слова и придаст храбрости. Если верить богам Квареха, она уже делала это на протяжении многих лет.

— Поначалу она отдавала предпочтение Софи. Но мы оказались куда более подходящими друг другу по уму… и по сердцу.

— Все Фентри предпочитают один и тот же пол? — спросил Кварех со всей деликатностью, на какую только был способен.

Арианна рассмеялась, как и подобает Дракону, откинув голову назад и беззаботно изливая свое веселье.

— Мы предпочитаем то, что предпочитаем.

— Но любить того, от кого не можешь иметь ребенка, бесполезно. Ты не сможешь продолжить род…

Его слова оборвались, когда он увидел ее взгляд. Она хотела, чтобы он сам все понял. Она будет ждать столько, сколько ему понадобится, но осудит его, если он не сможет прийти к правильному выводу.

— … и это не забота Фентри.

Арианна постучала по камню рядом с собой, словно по колокольчику.

— Динь-динь. — Ее сарказм был слишком слаб, чтобы противостоять весу их разговора. — Драконы, это понятие семьи… Более тысячи лет мы отправлялись на земли Тер.0 и вызывали плодородие, размножались по мере необходимости, лучшие из лучших, растили детей в гильдиях.

— Это звучит холодно и стерильно.

— Семья звучит ограничивающе и удушающе.

Он устало хмыкнул.

— Справедливо. — Кварех снова посмотрел на звезды, как будто они могли дать ему силы задать вопрос, который он неловко перекладывал с одного места на другое. — Почему ты убила ее?

Арианна пожалела, что не решилась рассказать ему все. Она сжала рот в тонкую линию, словно могла задушить слова, погасить их, как пламя. Но правда осталась.

— Я убила не только ее. Я убила их всех. — Она выпустила наружу мрачную правду своего сердца. — Твой народ должен благодарить меня. Я была той рукой, которая подавила последнее восстание против вашего Короля.

— Я не понимаю.

— Когда мы обнаружили, что нас предали, что Дракон, которому мы доверяли, не был нашим двойным агентом, не был союзником против Короля, а находился под властью самого Короля, мы уничтожили все это — или попытались это сделать. — Запах горелой плоти и испорченных реагентов вновь обжег ей нос. Ее руки были покрыты невидимой кровью, которая никогда не смоется, — как черной, так и красной. — Я была единственной, кто мог это сделать. Остальные были отравлены. Мой желудок спас меня.