— Да, — говорю я хрипло, — помню.

Зора колеблется и смотрит на меня.

— Ты купил мне лошадь, Кристен?

Я провожу рукой по волосам.

— Это было до… всего.

— Может быть, ты мог упомянуть об этом до того, как я ударила тебя ножом? — спрашивает она, повышая голос на октаву.

Короткий смешок покидает меня.

— Потому что ты оставила мне так много времени, чтобы осыпать тебя подарками?

— Ты всегда начинаешь с подарков, Кристен. Всегда, — делает она мне выговор и открывает дверь стойла, чтобы вывести свою лошадь наружу.

Я качаю головой.

— Я буду иметь это в виду.

— Хорошо. Видишь, мы учимся. Возможно, мы сможем сделать этот брак терпимым, — утверждает она.

Я осматриваю ее тело, затем заставляю себя отвернуться.

— Сомневаюсь в этом, Вайнер.

Я подхожу к стойлу рядом с ее и освобождаю Дези, одного из моих чистокровных жеребцов. Я хватаю седло и пристегиваю его к нему.

— У нее есть имя? — спрашивает Зора, проделывая то же самое со своей лошадью, но с впечатляющей неудачей.

Я выдыхаю и двигаюсь, чтобы помочь ей с ремнями.

— Это он, и нет, у него нет имени.

Зора улыбается мне.

— Это Хорс.

Мое сердце разрывается, когда я провожаю взглядом изгиб ее губ.

— Ты хочешь назвать своего коня… Хорс? (Примечание: Horse с английского «лошадь»)

Она сияет и кивает, направляя всю свою привязанность и ликование на Хорса.

— Как мне это сделать?

— Поставь ногу в стремя, приподнимись и перекинь ногу через него, — объясняю я.

Я возвращаюсь к Дези и демонстрирую, забираясь в ее седло и стискивая зубы от боли в ушибленных ребрах.

Зора пытается вскочить на Хорса, и мне требуется вся моя сила, чтобы не покатиться со смеху, когда она терпит неудачу за неудачей. После шестой попытки она разочарованно вздыхает.

Я киваю в угол кабинки.

— Возьми табурет. Это просто потому, что ты маленького роста. Ты сможешь это сделать, когда попрактикуешься.

Ее взгляд устремляется на табурет, затем она бросает на меня злобный взгляд.

— Там был гребаный табурет?

Веселая улыбка вырывается на свободу, как бы я ни старался ее подавить.

— Ты дьявол, — рычит она и придвигает табурет рядом с Хорсом, используя его, чтобы усесться в седло. Она устраивается у него на спине с раздраженным, но довольным видом.

Я беру поводья Дези и слегка дергаю их. Он ржет и бежит вперед.

Зора гладит Хорса по голове, ее глаза сияют таким счастьем, что я не могу этого вынести.

Я сжимаю челюсть и прикусываю язык.

— Продолжай, — приказываю я Дези и легонько шлепаю его по бокам ботинками.

Он переходит на ровный галоп, каждый удар его копыт по асфальту отдается в моих ушибленных ребрах. Но я терплю это. Я терплю боль и наслаждаюсь ею. Я сосредотачиваюсь на этом, пока трепет проносится по связи между мной и Зорой, она и Хорс с легкостью догоняют нас с Дези.

Она сияет от гордости, погоняя Хорса все быстрее и быстрее, обгоняя нас.

— Притормози, — думаю я ей навстречу и через нашу связь.

Она оглядывается на меня, ее светлые волосы развеваются на ветру, щеки порозовели, и она широко улыбается.

— Никогда, — отвечает она.

И эта улыбка, эта красота — от этого больнее, чем от моих ушибленных ребер.

Глава 26

Зора

Я быстро целую Хорса в нос, прежде чем последовать за Кристеном в кафе «Зеркало». Я окидываю взглядом оживленные улицы Гронема и впервые за такое долгое время чувствую себя как дома. Напряжение, окутавшее все мое существо, медленно, но верно покидает меня, пока мы идем по зеркальному лабиринту к колышущемуся черному занавесу Подполья.

Кристен останавливается, чтобы убедиться, что его маска закреплена на месте, затем кивает мне.

— Знаешь, нам тоже придется купить тебе маску, теперь, когда ты королева.

Я смеюсь над этим.

— Это мой народ, Кристен. Они знали меня всю мою жизнь, и я не собираюсь прятаться от них сейчас.

С этими словами я вступаю в волшебство штор, наслаждаясь их теплыми объятиями. Свобода — вот слово, которое оно выбрало, чтобы вытянуть из меня сегодня вечером, и я светлею еще больше.