Я с улыбкой встретил подошедших к нашему столику княжон. Галантно усадил и крайне вежливо подал меню. Карамзина села на диванчик к Годунову, а Бесстужева ко мне. Что, впрочем, не было удивительным.

— Мы уже и сами планировали сделать за вас заказ, но не знали — что именно вы предпочитаете, — сказал Годунов, прямо на глазах растаявший от соседства с предметом своего воздыхания.

И это тот бесстрашный воин, который недавно отправил в паралич Бельского?

— Я даже не знаю, мы такие голодные, что съели бы целого кабана. Как вы думаете — тут подают целых кабанов? — с улыбкой спросила Карамзина.

— Насчёт целых не знаю, но вот Иван Васильевич хотел заказать жаркое из кабанятины. Так вы можете распорядиться, чтобы вам тушу не разделывали, а сразу вынесли на стол, — хихикнул Годунов.

— А так можно? — округлила глаза Карамзина. — Ух, как это пикантно…

— Вряд ли такое возможно, но я могу поинтересоваться, — сказал я, приподнимаясь.

Мне и в самом деле нужно было кое о чём поинтересоваться, пока не произошло непоправимое. Однако, моё движение было остановлено лёгкой рукой Екатерины Семёновны. Она мило улыбнулась:

— Не покидайте нас, Иван Васильевич. Если за Ириной Николаевной ухаживает Борис Фёдорович, то кто же подскажет мне — какое лучше вино взять, чтобы не закружилась голова?

— Увы, в этом вопросе я вам не советчик, — пожал я плечами в ответ. — Я не сильно разбираюсь в винах и не употребляю их.

— Никогда? — всплеснула руками Карамзина.

— Никогда. Считаю алкоголь невкусным и противным.

— Ну что вы, бывает же вкусненький и приятненький, позволяющий расслабиться и отпустить стресс, — сказала Бесстужева.

— Всё это оправдание для слабых людей. Сильным же людям алкоголь не нужен, — улыбнулся я. — Для расслабления и снятия стресса лучше всего подходит баня, тренировки, чтение хороших книг. Например, есть множество книг Алексея Калинина на сайте Автор Тудей.

При упоминании бани я почувствовал, как бедро Бесстужевой коснулось моего бедра. Не могу сказать, что это прикосновение было неприятным…

— А в тренировки входит такая дисциплина, как постельное двоеборье? — спросила Бесстужева.

— Это что за дисциплина такая? — тут же заинтересовался Годунов.

— Я как-нибудь вам покажу, — ответила Карамзина. — Ох, от этих всех разговоров я проголодалась ещё больше. Давайте же закажем что-нибудь?

Я подозвал официанта взмахом руки. Подошел один из двух говоривших, тот самый, который общался по телефону.

— Чего изволите, господа? — с приторной улыбкой поинтересовался официант.

— Господа изволят… — я продиктовал заказ. — И постарайтесь не медлить. Мы такие голодные, что не намерены ждать до февраля. До этого времени мы окоченеть можем, а нам бы этого очень сильно не хотелось.

При упоминании зимнего месяца официант вздрогнул. Я же с усмешкой наклонил голову, давая понять, что он всё правильно понял.

— Д-да, всё будет исполнено-с, — проговорил с запинкой официант.

Ну что же, я дал шанс этому человеку. Если он будет настолько глуп, что не воспользуется этим шансом, то его только могила исправит. Либо они, либо мы. И у меня появились вопросы к Февралю…

Официант что? Всего лишь глупая пешка под управлением игрока. Да, порой такая пешка может натворить немало дел, но если убрать игрока из-за доски, то пешка навсегда останется пешкой, пройди хоть сто лет.

— Ух, а как же всё-таки здорово сегодня сражались Иван Васильевич и Михаил Данилович, — всплеснула руками княжна Карамзина, когда официант с лёгким полупоклоном отошел в сторону кухни. — У меня просто слов нет. Я такое только в фильмах видела.

— Это вы ещё не видели их на крыше поезда, — проговорил Годунов. — Вот где был настоящий драйв, настоящая музыка боя. Да нас вообще пару раз чуть ветками не сбило с крыши.

— Ох, как же это интересно! Расскажите же снова, Борис Фёдорович, — захлопала ладошами Карамзина.

Она-то захлопала ладошами, а вот мой напарник начал также активно хлопать ушами. Он уже рассказывал эту историю раз двадцать и собрался начать в двадцать первый раз. Девушки с усмешкой смотрели на него, как на выжившего из ума старика, который чудил на каждом празднике деревни.

— Да ладно я! — не дал я начаться пересказу старой истории. — Вот как сегодня выступил Борис Фёдорович! Вот это было нечто! Моя дуэль и в подмётки не годится.

— Да что вы, Иван Васильевич, — замахал руками скромный напарник. — Что я? Что я? Всего лишь…