— Ну и? — спросил он. — Жду оправданий.

— Мы… Олег, мы просто танцевали.

— Это все, что ты можешь сказать? «Мы танцевали»?

— Милый, мы правда не делали ничего плохого! Я клянусь тебе!

Краем глаза Кира увидела, как Леша удивленно приподнимает брови, в той же манере, что и его отец. Затем он просто покачал головой и вышел из гостиной. Уж лучше бы он сказал что-то эдакое, в своей ироничной манере, чем эти, полные разочарования, пара движений.

Почему-то Олег не стал орать, сыпать оскорблениями или выгонять из дома. «Боится проиграть спор» — только и успела подумать Кира, потому что в следующее мгновение он повел ее на второй этаж, в спальню.

— Пойдем, — тихо шепнул он, — преподам тебе урок. Сегодняшняя ночь будет посвящена обучению хорошим манерам.

На следующий день Кира с самого утра села работать над своим портфолио. Дождалась, когда Олег уедет, и сразу взялась на ноутбук. Работа помогала ей абстрагироваться от прошлой ночи, которая прошла просто кошмарно. И дело даже не в том, что ей приходилось делать что-то ужасное, или же было больно. Просто ей настолько сильно не хотелось находиться с этим мужчиной, что все тело восставало против каждого его прикосновения или действия. Когда все кончилось, она чувствовала себя изнасилованной. Впервые в жизни. Раньше, даже когда Олег был с ней груб или делал больно, близость с ним все равно дарила ощущение счастья, но теперь такого не было и в помине.

В обед Кира, как обычно, спохватилась, что совсем ничего не ела, а только выпила четыре чашки кофе. И тогда вдруг осознала: что-то сильно не так. Ответ нашелся мгновенно — в доме нет Алексея. Нет его улыбки, язвительных, но вовсе не злых подколов, ощущения легкости и его потрясающих бутербродов. Она не видела его со вчерашнего вечера. Когда девушка услышала шаги на пороге, ее сердце аж подскочило в груди — наверняка это он! Возможно даже, снова заботливо принес ей что-нибудь поесть. Что-то не слишком полезное, но зато сытное и вкусное.

Радостное предвкушение резко сменилось разочарованием — в дом вошла домработница. Обычно она не приходила по средам, но в этот раз почему-то явилась вне смены. К самой женщине у Киры, конечно, не было никаких претензий, та просто выполняла свою работу. Но почему она, а не Леша?

— Здравствуйте, Лидия! — поздоровалась она. — Теперь работаете и по средам?

— Добрый день, нет, просто Олег Борисович попросил приехать сегодня и убрать комнату для гостей. Сказал, что какой-то «надоедливый жилец» съехал, и после него нужно навести чистоту.

Словоохотливая Лидия продолжала что-то говорить, но Кира слушала ее в пол-уха. «Так вот, в чем дело… Он решил уехать. Наверное, окончательно разочаровался во мне, решил, что раз я такая идиотка, то нет смысла и дальше пытаться мне помочь. Что ж, в принципе, его можно понять».

Кире вдруг стало так горько, что захотелось прямо в ту же секунду собрать вещи и покинуть этот чертов дом. Но что-то продолжало ее удерживать. От ощущения собственной никчемности и стыда за свою безвольность хотелось провалиться сквозь землю. Увы, даже это не могло запустить механизм спасения, и девушка продолжала находиться в доме и думать, думать, думать. Пока не вернулся Олег.

Он был в отличном настроении, чего не случалось уже очень давно. Явно был доволен отъездом сына и скорыми перспективами выиграть спор.

— Хочешь меня? — вместо приветствия поинтересовался он.

— Конечно! — тут же последовал ответ Киры. — Всегда, безумно!

Она говорила так искренне, что даже сама ужаснулась. Когда это она научилась так мастерски врать?

Олег, не снимая верхней одежды, поднял ее и усадил на кухонный стол. Она молча раздвинула ноги и по привычке застонала. Фальстарт, но кому какое дело. Гридасов то ли не заметил этой маленькой оплошности, то ли ему просто было все равно.

«Черт, опомнись, — заговорил внутренний голос, — он на тебя просто поспорил! Как только выиграет, тут же выкинет тебя за ворота как ненужную вещь».

Кира стонала на весь дом, но при этом чувствовала лишь снедающую пустоту. Она разглядывала лицо Олега во время секса и никак не могла взять в толк, что вообще в нем нашла. Он не был некрасивым или противным, но теперь ее глаза могли видеть только его недостатки, а достоинства превратились в слепые зоны, будто вообще перестали существовать. Пелена наконец спала, и теперь все встало на свои места.

«Я сейчас как будто догадалась раздернуть теневые шторы и наконец увидела дневной свет! Это же… блин, это прекрасно!». От осознания собственного просветления стало так хорошо, что девушка вдруг издала смешок. Он не был направлен на мужчину, который в поте лица занимался с ней сексом, а просто вырвался и все.

Олег резко остановился.

— Какого хрена ты смеешься? Совсем уже ебнулась??

— Я не над тобой.

— А над кем?

— Олег, прости, мне просто стало весело. Разве это плохо?