Щёлкнув по нему, я прочитал несколько скупых строк, к которым в самом конце прилагалась ссылка.

Как говаривал один мой молодой, но рано поседевший информационный «безопасник»: «Николай, не „жмакай“ на незнакомые ссылки, там бяки могут быть». Но кто мы такие, чтобы умных людей слушать?

Впрочем, стоило мне по ней пройти, никакие баннеры с рекламой различной степени извращённости не появилось. А жаль, может, смог бы чем ещё Шилену удивить…

В общем, ссылка перекинула меня на карту, давая возможность указать в качестве конечной точки маршрута конкретное место.

В той части пространства я ещё не бывал, однако лететь было недолго, и я, сохранив «точку» и ещё раз перечитав сообщение, покинул сиё заведение. Конечно же, не забыв забрать с собой опустевшую бутылку…

И вот спустя три дня полёта сквозь неизведанные дали я брёл через крупный посёлок, населённый гремлинами.

Забавные создания чем-то отдалённо напоминали гоблинов, разве что размером были чуть поменьше, рожей пострашнее, а ушами побольше.

Однако сюда я прибыл не для того, чтобы заставить своих коротышек завидовать размеру ушей.

Пройдя по «тайным тропам», попутно разглядывая местный быт и порой вздрагивая от методичного металлического звона, что оглашал весь посёлок, я со своим сопровождающим наконец-таки добрался до цели.

Пройдя вдоль высокой каменной стены, мы очутились возле небольшой двери, которая при нашем появлении тут же распахнулась, и я увидел за ней зелёную лужайку со множеством выложенных камнями дорожек.

Часть из них странным образом петляла, так что смею предположить, что с воздуха они образовывали определённую картинку.

— Ну или не с воздуха, — я взглядом пробежался по миниатюрному дворцу и заметил балкон на третьем этаже. Наверняка, тот, кто обитает там, каждое утро выходит на него и любуется открывающимся видом.

Впрочем, эту мысль я озвучивать не стал, следуя за гремлинном в жилетке, шароварах и ботинках со странно длинными и закруглёнными носами, которому меня сдал провожатый.

Мы быстро пересекли лужайки, прошли через небольшую рощицу финиковых деревьев и, прошмыгнув под одной из многочисленных арок, оказались внутри дворца.

— О, вот вы, наконец, и пожаловали, господин Шаров, — стоило мне только перешагнуть порог и очутиться в зале, украшенном позолотой, как я услышал мужской голос. — Не стойте, проходите, на улице, наверное, слишком жарко для вас.

Сидящий в центре зала на многочисленных подушках мужчина в белом одеянии поднялся на ноги, заставляя сидящих вокруг него гремленок уйти с его пути.

Сделав пару шагов, я услышал, как дверь за мной захлопнулась. Однако, помимо этого, были и другие странные звуки, и, обернувшись, я увидел, что выход теперь загораживают два голема.

— Не переживайте, это мера предосторожности, — улыбнулся мужчина, поправляя очки в золотой оправе. — Ох, что же я, где моё гостеприимство? Добро пожаловать на Аллод Аль-Рашида! И может быть, вы желаете поесть или выпить чаю?

В желудке протестующе заурчало, а в животе кольнуло, едва я вспомнил другого «гостепреимного» хозяина.

Впрочем, через силу улыбнувшись, я мельком глянул в инвентарь и, убедившись, что не забыл взять у Моры всевозможные противоядия, спокойно произнёс:

— А давайте!

Аллод Абд Аль-Рашида

Сто пятьдесят шестой день проекта

— Я же до нашествия торговым представителем был. Конечно, когда объявились заражённые, пришлось слегка сменить деятельность, но навыки-то остались…

Абд Аль-Рашид, невысокий, плотный мужчина в очках и белых просторных одеждах, прервался, дожидаясь, пока одна из гремлинш вновь наполнит его чашу вином.

Однако служанки у демиурга были вышколены, так что много времени это не заняло, и мужчина продолжил свой неспешный рассказ.

И судя по нему, я встретил первого человека, которого полностью устраивала текущая ситуация.

Умение торговать или выменивать с выгодой для себя помогло Рашиду, как позволил себя величать хозяин Аллода, пережить и зомби, и монстров. И даже большинство людей, что встречались на его пути.

После гибели Земли ему, как и другим, даровали возможность выбора, и Рашид, естественно, выбрал стать демиургом. Сражаться ему, конечно, приходилось, чай восемь лет не в санатории провёл, однако развитие и накопление богатств были для мужчины куда интереснее.