Рю зашагала обратно. Один из бандитов, что лег на землю вместе с жителями, взял в заложницу девочку лет десяти. Обхватил макушку и подбородок, наклонил голову наискось.

Гонкай продолжила надвигаться.

— Я сверну ей шею! — проорал мужик, с ожогом на полрожи. — Ты же пилигрим? ЭЙ! ОНА ТУТ!

Лес ответил тишиной.

— ОНА ТУ-У-ут! — мужик сорвал голос, поглядел на гонкай. — Да где же…

Рю сверлила бандита светящимися глазами, ее веки подрагивали. Ресницы и прядки волос слиплись в иголки от крови.

— Отпусти м-меня, поняла?

Большая часть жителей замерла. Пара мужчин и зверолюд с мордой бульдога взяли дубинки, что валялись под ногами. Вместе с Рю начали подходить к бандиту.

— Идите к черту, сучьи дети! — хрипел он, одной рукой закопался в сапоге в поисках ножа.

Он выругался, отвлекся, затем снова перевел взгляд на гонкай. Бандит не понимал, что уже пол минуты находится в ее истоке. Рю боднула воздух головой. Получив бычий удар в лоб, мужик упал замертво.

Жители глазели на Рю. Она подошла, сглотнула ком в горле.

— Я буду кричать, не пугайтесь — сказала она жителям.

Гонкай повернулась к лесу, где валялись избитые бандиты что пытались убежать.

— Все, кто может идти, должны вернуться сюда! — ее голос сломался, но после увиденного, жители и бандиты отнеслись к нему серьезно. — Я вижу каждого из вас. Те, кто сдастся — сохранят жизнь!

Понемногу трое из убегавших подковыляли к Рю. Один с поврежденной ногой подполз. Двух потерявших сознание принесли жители покрепче. Мужик с выбитыми зубами, как и тот, которому Рю раздробила Руку, скулили как дети, сидя на коленях, словно фанатики на исповеди умоляли о пощаде.

Рю поглядела на жителей.

— Если среди вас остался один из нападавших на деревню, выходите сейчас, — если я узнаю об этом позже, я убью его.

— Госпожа, среди нас нет таких, — подал голос зверолюд с головой бульдога. Ростом он был не выше Кито, смотрел под ноги, будто над ним топор палача.

Рю повернулась к разбойникам.

— Вчера кто-то из вас убил женщину с ребенком и мужчину, — хрипела она, — кто это сделал?

— Это Джишима, — сказал самый низкий и показал на тело мужика, что взял девочку в заложницы.

Рю поглядела на мужика справа.

— Он говорит правду.

— Кто убивал жителей в деревне, во время налета? — продолжила допрос гонкай.

Лысый мужик с выбитыми зубами заскулил, начал лебезить и всхлипывать.

Рю подшагнула к нему, занесла кастет.

— ХВАТИТ! — крикнула женщина за спиной, она обнимала девочку, которой чуть не свернули шею. — Тут же дети!

Рю повернулась, девочка не отводила взгляд от гонкай. По описанию старосты Рю поняла, что это его внучка. Гонкай медленно повернула голову к лысому. Тот заскулили и начал молиться еще сильнее.

— Вас будут судить в Далай, вас ждет казнь. Если не хотите терпеть боль эти дни, это можно закончить сейчас.

— С-спасибо, спаси-и-ибо госпожа, — мужик начал рыхлить лбом землю, — я буду терпеть, я буду…

Рю опустила кастет.

— Я должна найти своего товарища, — обратилась Рю к жителям с дубинками. — если кто-то попытается сбежать или напасть — не щадите.

В ответ рыжий мужик с синяками на лице плюнул в ладонь, хлопнул по ней дубиной.

— Не убивать и не калечить без необходимости.

— Поняли, — отозвались второй мужик.

Еще один постарше, со шрамами на шее кивнул. К ним присоединилась еще пара мужчин, три женщины и зверолюд-бульдог.

— Если вы попытаетесь навредить или сбежать, я найду каждого из вас, — обратилась Рю к бандитам.

— Да.

— Ясно.

— Поняли.

— Спа-си-и-ибо госпожа, — скулил лысый и потянулся к ботинку Рю.

Гон одернула ногу, чуть шатнулась и зашагала в лес.

Судо бежал без оглядки. От потери крови у него путались не только ноги, но и мысли. Парень грохнулся, покатился кубарем по склону с хвойным опадом. Шао свернул бы шею, если бы не приложился затылком о что-то мягкое.

«Почему я бегу?..» — думал он, в голове застряли слова его деда: «Полагаю, у тебя будет шанс увидеть, кем на самом деле являются эти миротворцы». миротворцы «Почему я бегу?..» — думал он, в голове застряли слова его деда: «Полагаю, у тебя будет шанс увидеть, кем на самом деле являются эти миротворцы».

— Все не так, не так… она не стала бы… это все ты натворил, — бормотал он себе, спина Шао вспотела от жара, но он списал это на шок. — Я тоже виноват…

Судо потрогал кровавый бок. Рана ныла и колола даже при дыхании. Заместитель судьи заскрипел зубами, попытался встать, но тело едва слушалось.