Уро сорвался с обрыва, с воплем улетел в реку. Затылок Кито снова врезался в бревно.

Лин отключился.

Очнулся.

Запах металла.

Прошло несколько секунд, однако железный лев уже дошагал до Кито. Клыкастая морда наклонилась, уставилась на лина глазом, шириной с телегу. В древнем механизме вращались и скрежетали зрачки на разных орбитах, дух в теле ракшаса стал ярко-красным.

— З-з-здасте, — замямлил лин, улыбаясь, будто перед ним бандиты, которым он задолжал.

Вдруг Кито нащупал мягкий мех под лапами. Хрюндель пискнул. Зрачки в глазе ракшаса за миг сделали дюжину оборотов. Кито тут же протянул поросенка льву, понял, что тому нечем брать, медленно опустил рогатую свинью на землю.

Глаз в центре разглядывал лина, а остальные крутились на орбитах. Кито понял, что зрачок уставился на его кимоно, в котором торчала пара окровавленных сучков. Затем на поросенка, тот бодро хрюкнул, на розовой шерстке не было ни пятнышка, а рог на лбу блестел и светился.

Скрежет.

Ракшас повернул голову размером с дом, открыл пасть, в которой поблескивали два ряда клыков. Хрюшка в припрыжку забежала на железный язык. Челюсть захлопнулась. Конструкт еще минуту изучал Кито. От вращающихся орбит в глазах ракшаса у лина закружилась голова. Постепенно дух льва окрасился в оранжевый, а потом в желто-синий. Тяжеленая туша заскрипела, поднялась, зашагала прочь.

Еще долго Кито слышал скрежет и топот лап древнего.

Наконец, лин позволил себе дышать.

Посмотрел на солнце.

— Уже обед!

Он подорвался, тут же сел, потому что деревья вокруг водили хороводы.

Майлин — хозяйка приюта, попросила Мию забрать выделенные ратушей продукты для детей. Первое, что сделала Рю, когда занялась бюрократией — наладила снабжение едой для приютов, бедных семей и стариков, которым некому было помочь. На это у казны хватило денег лишь на пару месяцев вперед. Однако дети за прошедшие две недели начали выглядеть куда здоровее, смеялись и бегали как положено.

Мия добралась до рынка, где располагался склад. Ее встретила девочка-зайка, которая пыталась продать Кито неспелые фрукты за баснословные деньги.

— Пришла? — буркнула лин, — я Дирза.

— А я Мия. — Кристория поклонилась.

— Чего кланяешься? Пошли, там много.

Зайка-лин повела девушку по темному коридору на внутренний двор рынка, где торговцы хранили товар.

— Как там мои братья? — спросила Дирза.

— Вы про Шото и Досо?

— Да, про кого же еще? И что еще за вы?!

— Они в порядке, хорошо питаются, веселят остальных.

— А где этот… как его?

— Кито?

— Ну да, чего он не с тобой?

— Отправился по делам.

— Передай ему, пусть приходит, — пробурчала зайка, — я продам ему фрукты.

— Х-хорошо, передам.

— Чего встала? Бери — твоя телега.

Мия еле выкатила тачку с кривыми колесами, направилась в приют.

— Ты жульничаешь! — кричал Дракончик, из последних сил он пыжился, чтобы рывкануть еще хоть раз.

Рюга же подтянулась уже сороковой, причем на одной руке, она делала передышки, которые становились все длиннее, последняя тянулась пол минуты, но гонкай не отпускала перекладину. Десять минут назад она сказала, что даст мальчишке шанс, если в этот раз подтянется больше чем она, то, так и быть, будет называть его Драконом.

— Нет, она не жульничает, — прошептал Тихий.

Рюга глянула на птицелюда красными глазами. В его зрачках едва светился серый дух. — «Хан говорил, что птицелюды часто бывают зрячими от природы…» — подумала гонкай.

— А-а-а-а! — Дракончик отпустил перекладину.

— Ты даже двадцать не смог подтянуться, — сказал Веснушка.

— Ага, и то кряхтел, — добавил Хиджи.

— Да как такое возможно?! — завопил Дракончик, поглядел на гона. — Мне тут непривычно просто.

— Вообще-то, я подтягивалась на левой, — сказала Рюга, улыбнулась, ее глаза накоротко широко раскрылись. Дракончик свесил голову.

«Черт, потянула-таки… — подумала Рюга, слегка подергивая мышцами она нащупала старую травму, которую только-что сделала новой, — потом попрошу Кито».

— Тебе никогда ее не победить, — сказал Зеленый, — смирись.

— Нет уж! — Дракончик встал в боевую, как ему казалось, стойку, прокричал. — Через неделю я вызываю тебя снова!

— Да хоть каждый день, только теперь я буду делать это двумя руками, — сказала Рюга, посмотрела на свою тень, которая уперлась в носок. — О черт!

Гон побежала в сторону скалы на окраине города, затем вернулась, схватила Зеленого, как авоську, закинула на плечо и рванула снова.