— Ну… да. Она овдовела пять лет назад и переняла заботу мужа о доходных домах. Один находится на набережной, а второй напротив Царского парка на севере города. И с начала осени до поздней весны она носит эту красную шубу. Ее арендаторы даже жаловались, что она является им в кошмарах.

Вивьен похлопала Лари по плечу. Взять на работу эту общительную девушку, до безумия обожавшую сплетни и жаждавшую знать обо всем, что творится в столице, было отличной идеей.

— На этот раз сплетня — это всего лишь сплетня, Лари. Нам она никак не поможет.

— Почему же?

— Потому что невзрачная и даже страшненькая девушка — это я, а я совершенно точно не являюсь невестой командира. И это я вчера затеяла ссору с мадам Дрэсерти.

Лари поникла и грустно произнесла:

— Простите, что не смогла быть полезной.

— Ты приносишь много пользы, Лари, не переживай. Вот, например, сейчас ты займешь место за прилавком и освободишь меня.

Герцог прибыл в магазин за час до оговоренного времени и выглядел обнадеживающе невозмутимым. Он еще не знал, что «Флакон» пытались разгромить, и Вивьен надеялась, что не узнает никогда. Так ей было бы гораздо спокойнее.

Оставив Аниту присматривать за магазином, Вивьен последовала за герцогом на улицу. С самого утра погода была ясная и тихая, от солнечного света, сияющего в снежной белизне, резало глаза. Вивьен, большую часть утра проведшая в мягком полумраке за прилавком магазина, была не готова к такой ослепительности и замешкалась, прикрыв глаза ладонью.

Заметив ее неудобство, герцог сказал:

— Подождите внутри, я вызову карету.

Он, как и сама Вивьен, крайне ценил прогулки в тишине и не упускал ни одной возможности, но комфорт спутницы был для него важнее.

— Лишние хлопоты. — отмахнулась она. — Канцелярия совсем рядом. Дайте мне только минуту, я быстро привыкну… Погода сегодня просто чудесная.

Адриан улыбнулся.

— Вы действительно хотите завести светскую беседу? Я бы с большим интересом послушал, почему и сегодня у вас болезненный вид?

— Как невоспитанно с вашей стороны говорить леди, что она плохо выглядит.

— Вивьен…

— Ух, — она поёжилась. — Не делайте так. Когда вы называете мое имя таким тоном, мне кажется, что сейчас мне скажут, что я наказана, лишена сладкого на неделю и велят подниматься в свою комнату.

Чуть пообвыкнув, Вивьен медленно отняла ладонь от лица и жестом предложила герцогу продолжить путь.

— И часто вас наказывали?

— Сейчас мне кажется, что чаще, чем я того заслуживала. Видите ли, моя мама слишком сильно обо мне беспокоилась, я же в свою очередь была чрезвычайно любопытным и энергичным ребёнком… — Вивьен повела плечами, вспоминать о родителях было уже не так больно, но предательский ком всё равно застревал в горле. — В любом случае, пожалуйста, больше не произносите моё имя таким ворчливым тоном. А лучше и вовсе не произносите. Вдруг кто-то услышит?

Впереди что-то ослепительно вспыхнуло, и по улице, над головами у прохожих, разнёсся приглушённый, сухой щелчок, быстро утонувший в шуме разговоров. Фотограф в клетчатом пальто и коричневой кепи, надвинутой на затылок, фотографировал мёрзнущую на морозе даму в пышном платье. Стояла она перед дверью в только что открытое ателье.

Вивьен никогда раньше не видела эту женщину, но она при всём желании не могла бы за год узнать в лицо всех аристократок столицы, а эта дама, судя по тому, что про её ателье собирались напечатать статью в «Вестнике», была крайне важной особой. Но сейчас больше аристократки Вивьен волновал фотограф.

После того, как один талантливый артефактор придумал заменить сложную систему из зеркал на несколько лёгких светоотражающих кристаллов, наполненных магией, фотографии стали более доступными, но главное — фотоаппараты больше не нуждались в долгой установке и статичном положении всех объектов.

— Леди? — заметив, как Вивьен начала отставать, Адриан и сам замедлился.

— Что вы делаете? Продолжайте идти! — прошипела она. — Если нас снова сфотографируют, это будет катастрофа. С такого расстояния снимок получится достаточно чётким.

Наконец обратив внимание на фотографа, закончившего снимать и уже кланявшегося хозяйке ателье, Адриан неохотно подчинился. Он видел фотографию в газете и вынужден был терпеть неуместное любопытство Джеймса. Однако необъяснимая уверенность журналиста в том, что наконец появилась претендентка на место невесты герцога Келлера, заставила Адриана задуматься об этом всерьёз.

Впервые, только прочитав ту нелепую статью и представив, что Вивьен могла бы стать его невестой, весь остаток дня он попросту не мог вернуться к работе и был слишком рассеян.