— Что за дерьмо? — я поднес горлышко баклажки с вином к губам и сделал глоток, пытаясь смыть сухость и прояснить голову.

Сколько прошло? Пять-десять минут? И такой результат. Похоже в этом деле и правда нельзя торопиться. Все должно произойти само собой, постепенно.

Если подумать в этом присутствовала логика. Ведь даже отрывочная память сущности, по сути, представляла целую жизнь. Жизнь, которую прожил заклинатель. А я хотел ее просмотреть за пару минут. Это не чертов корневой каталог в операционной системе с функцией поиска.

Так и правда недолго сойти с ума.

— Проклятье, — я поплотнее закутался в плащ, глядя в пламя лениво потрескивающего костра, не делая больше попыток добраться до информации о мертвителях в своей голове. Она у меня одна, и если что-то замкнет, исправить будет невозможно. Будем разбираться с тем, что есть.

Через два часа проснулся Нильс и сменил меня на страже. Засыпать обоим сразу было слишком легкомысленно в наших обстоятельствах, всегда нужна одна пара бодрствующих глаз следить за окружающей обстановкой. И дело даже не в мертвителе или его слугах, в этих краях хватало и других опасностей начиная от случайных разбойников и заканчивая диким зверьем, всегда готовым полакомиться беспечной добычей. А заснуть и проснуться от ощущения, что твою ногу обгладывает какой-нибудь волк — не самая здравая мысль.

Свернув лагерь и наскоро перекусив холодным мясом и сыром, двинулись дальше. Время уверенно перевалило за полдень, но по небу этого было не видать, все заполонили низкие свинцовые тучи. Погода окончательно испортилась, повалил влажный снег. Дорога, а точнее то, по чему ступали лошади, превратилась в слякоть, к счастью, недостаточное глубокую, что позволило двигаться дальше.

Через час Нильс не выдержал:

— Может стоило подождать и объединиться с отрядом Ольца? Ведьма наверняка вызвала подкрепление.

Следопыта терзали сомнения, но нельзя его за это винить, любой на его месте начал бы нервничать. Странно еще, что так долго держался.

— Если мертвитель действительно настолько опасен, то не лучше бы идти против него вместе с поддержкой? — покачиваясь справа в седле, Нильс вопросительно уставился в мою сторону. Придется ответить, а точнее дать пояснение. Хотя на мой взгляд, все и так кристально понятно.

— Сейчас очень большое значение имеет фактор времени, — терпеливо принялся объяснять я. — Мертвитель и правда силен и опасен, но станет еще сильней и опасней, если дать ему возможность обзавестись полной свитой. Сам подумай, одно дело сражаться с одним черным магом, и совершенно другое, когда его окружает толпа умертвий, каждое из которых легко может разорвать на клочки закованного в доспехи латника. Эти твари обладают чудовищной мощью, и со временем она только растет. Любое промедление и придется сражаться против целой армии живых мертвецов.

— Но… — неуверенно протянул следопыт. Рука в перчатке машинально коснулась ложа притороченного к седлу арбалета: — … вы уверены, что мы с ним справимся? Даже магичка при поддержке отряда воинов не смогла его остановить.

— Ведьму и ее солдат разбили андарцы — обычные солдаты под предводительством группы рыцарей, — напомнил я. — Уверен, она даже не встречалась с мертвителем.

— Почему? — Нильс недоуменно нахмурился и возразил: — Вы этого не можете знать наверняка.

Я мысленно усмехнулся. Иногда чувствую себя гением в стране дураков. Может это наследие землянина двадцать первого века дает о себе знать, а точнее привычка обрабатывать в короткий промежуток времени огромное количество информации. Мозг поневоле анализирует поступающие данные, делая выводы, не всегда очевидные для местных, привыкших к более размеренной и неторопливой жизни.

Это не значит, что Нильс тупой, скорее заторможенный по сравнению со мной. Для других этого не видно, мне бросается в глаза. Пока следопыт размышляет, я успеваю все обдумать и сделать соответствующие выводы.

— Потому что магичке дали прямой приказ: любыми средствами избавиться от угрозы. Если бы они встретились, то либо мертвитель был бы мертв, либо она, в зависимости от того, кто бы одержал победу. Другого просто не могло случиться. И если она при нашей встрече была жива, то…

— То значит она не встречалась с черным магом, — понятливо завершил Нильс, помедлил и задумчиво пробормотал: — Да, в этом есть смысл.

Говорю же, сообразительный, но слегка замедленный по сравнению со мной. Особенности окружающей среды. Если парня поместить в быстрый век изобилия информации, то рано или поздно он тоже начнет мыслить молниеносно по сравнению с земляками.

Впрочем, он и без этого быстро адаптируется, подстраиваясь под мой темп. Уверен, еще пара месяцев, и следопыт сам себя не узнает. Как говорится, с кем поведешься.

— Там что-то есть, — рука Нильса поднялась, указывая вперед.

Сквозь пелену падающих хлопьев сырого снега проступил темный вытянутый к небу силуэт. Широкое основание покоилось на занесенной снегом возвышенности.

Дозорная башня времен Старой империи.

Давно покинутая гарнизоном, одинокая и заброшенная, как памятник былому величию имперских полков.

Я посмотрел на мир глазами заклинателя, тонкий след в магическом фоне вел к подножию башни, там расплывался пятном, и тянулся дальше, уходя на северо-восток едва заметной нитью.

— Может он там, — предположил Нильс, кладя правую руку на арбалет, одновременно левой потянувшись к мешочку с болтами.

Я покачал головой.

— Нет, мертвителя там нет, хотя он и задержался у башни зачем-то.