— Мама и еще одна младшая сестра, — покладисто сказал Эдвард, опасаясь за свое здоровье. Дикарка чуть не отхватила ему часть уха, так взвилась, что на него полыхнуло ее яростью. — Фэллон и Риана. Я уже был большим мальчиком, когда они родились.

— Ты их очень любишь?

— Да. Они моя семья.

«А что ты чувствуешь ко мне, Эдвард? Я тоже твоя семья?» — едва не заплакала девушка. Она понимала, что должна все ему объяснить, но не могла вымолвить ни слова, боясь реакции. Но им придется все обсудить. Другого им не дано.

[1] В эпоху феодализма — крупный земельный собственник, являвшийся государем по отношению к зависевшим от него вассалам.

Лидс на реке Уз привлекал к себе внимание. Он был таким же большим, как Йорк, и здесь слишком хорошо знали Черных Дугласов. Они подавляли и могли запугать, но дома старались не нарываться. В городе оказались представители этой ветви Дугласов, чувствуя себя хозяевами города и ближайшей местности. Пользуясь могучим ростом и известностью клана, они постоянно оставались безнаказанными во всех стычках. Никто не смел идти поперек дороги.

— Мы неплохо повеселились в прошлый раз, — хмыкнул Дональд.

— Замок оказался легкой добычей, — подтвердил Ранульф. — Хозяев даже дома не было.

— Они точно не найдут нас?

— Не трусь, Джейми, — успокоил его Кон. — Прошло много времени, а нас даже не тронули.

Чтобы не злить лишний раз горожан, они носили английскую одежду, но, когда их было больше, они позволяли себе появляться в Лидсе в национальных костюмах. Эдвард и Мегги как раз остановились в небольшой, но опрятной гостинице, когда их заметили Дугласы. Девушка слушала мужа, и к ним никто не цеплялся — она напоминала англичанку. Эдвард помог ей спешиться и взял за руку, намереваясь войти в таверну, но им помешали.

Дугласы подошли поближе и встали, загородив вход. Мегги судорожно и покрепче сжала руку мужа, а Эдвард спокойно встретил обращенные на них взгляды. Ладонь как бы невзначай опустилась на рукоять меча, предупреждая о последствиях.

— В чем дело, господа? — вежливо спросил Чилтон.

— В тебе, — напористо и задиристо ответил Ранульф. — Ты нам не понравился, а твоя девица очень даже ничего. Садись на лошадь и проваливай.

— Эдвард, — мягко и увещевательно заговорила Мегги, прижимаясь к его боку. — Только не заводись.

— Я спокоен, милая, — не глядя на нее, ответил мужчина, ровным голосом, пытаясь контролировать себя, хотя становилось уже сложно. Ублюдки оскорбили его жену, и он желал свести счеты.

— Это-то меня и пугает, — дрогнула она, почти заставив улыбнуться Эдварда, а она уже научилась разбираться в его характере и настроениях. — Ты же сам говорил, что не хочешь здесь неприятностей.

— Но когда они сами тебя нашли, — ответил Эдвард, холодно улыбаясь одними губами, — грешно избегать их. Я уже давно не разминался, — пожаловался он и обратился к Дугласам: — Может, свалите с дороги? Вы мне мешаете!

Мужчины были поражены, их изумление просто оглушала, но Эдвард не расслаблялся, все же их было больше. Дугласы переглянулись — незнакомец не испугался. Они не привыкли к такому отношению. Вот и не понимали, как себя вести.

— Ты что, не понял? — спросил Ранульф. — Мы Дугласы!

— Ну и что? — пожал он плечами, не воодушевленный признанием, но внутренне напрягся. Таких совпадений не бывает, да и Мегги от неожиданности раскрыла рот — это еще кто такие? Про эту ветвь она ничего не знала. Но, судя по габаритам, они запросто могли быть шотландцами.

— А то, — пояснил второй, — нас знают и уважают в Йоркшире!

— Очень интересно, — скучающе произнес Чилтон, делая стройные выводы: их боялись, а не уважали, судя по замашкам. Он уже допустил одну шальную мысль: как можно было забыть, что клан разделился на две части. И они с Нортом сразу обвинили тех, кто жил в Шотландии, не начав с мест поближе. — Дома я о вас ничего не слышал. Вы не очень-то известны, как я погляжу. Слава Льва вас точно опережает.

— Ты что ли Лев? — растянул губы в усмешке Ранульф. — Далеко забросило!

— Я не Лев, — покачал головой англичанин, — но очень хорошо его знаю. Вы пропустите нас?

— Нет, — порадовал Дональд, поглядывая на друга. — Мы не можем этого сделать. Правда, Ранульф?

— Конечно, Дон!

— Как интересно, — протянул Эдвард, уже изучив каждого противника. — Простите, ребята, за любопытство, летом не катались в Ноттингем?

По их лицам разлилась заметная бледность и тревога: они выдали себя сами, не ожидая такого вопроса, а Эдвард уже все понял.

— А что?