Пауза.

А потом он, наконец, с ленивой неохотой протянул мне чистый лист бумаги.

— Пиши заявление — будем работать.

Я схватила ручку так, что чуть не сломала её, вцепилась в лист, пытаясь унять дрожь в пальцах.

— Давай-давай, пиши, — продолжил он тем же скучающим тоном. — Все данные. Как зовут. Во что была одета. Приметы… Всё подробно.

Я глубоко вдохнула, постаралась хотя бы немного успокоить дыхание. Писала строчку за строчкой, максимально подробно описывая каждую мамину черточку, каждую примету, воскрешая в голове ее лицо и фигуру до мельчайших подробностей, до деталей.

Закончив, передала бумагу дежурному. Тот все так же медленно и монотонно поставил номер, выдав мне квиток.

– Будем работать, - холодно сообщил он. – Контакты есть? – глянул в шапку, где я указала свой адрес и телефон, - жди. Наберем.

– И все? – мне хотелось кричать, встряхнуть его как следует, -все?

– Домой иди, - поднял он на меня глаза. – Мы будем искать. Свободна.

– Но….

Он меня больше не слышал, повернувшись спиной и набирая кого-то по телефону.

Я вышла из отделения на негнущихся ногах. Неужели это все, что я могу на данный момент? Неужели теперь судьба мамы в руках тех, кому и дела нет до боли нашей семьи? В руках людей с пустым, равнодушным взглядом?

Это ведь моя мама! Моя мама!

Рыдания рвались из груди.

Так нельзя, я должна подумать, должна сообразить, кто сможет помочь еще? Что можно еще сделать или предпринять.

Телефон. Где телефон?

Сжала трубку, тупо глядя на черный экран, на который падали мелкие капли дождя. Вдох-выдох. Собраться с мыслями. Думать.

Кто может помочь? Кто может хотя бы подсказать, с чего мне начать?

Первое мгновение ответ пришел почти моментально – позвонить Дарье. Она лучше других знала реальность этого подлого мира, она знает, как действовать в экстренных ситуациях.

Я почти нажала кнопку вызова. Почти. И застыла.

Нельзя. Она не одна. Она с ним.

Губы изогнулись в горько-противной ухмылке.

Кто я такая, чтоб мешать их тет-а-тету? Моя подруга уже не просто моя. У нее своя жизнь, свои проблемы и свое будущее. Отдельное от моего.

С губ сорвался истерический смешок – как забавно разбилась моя жизнь, разорвав все возможные связи, которые всегда держали меня на плаву, которые казались незыблемыми, надежными, а на деле – тонкими, словно паучья нить….

Бездумно листала бесполезную книгу контактов, механически читая забитые в нее имена – чужие, безликие, равнодушные.

Одно имя. Только одно заставило сердце забиться сильнее. Закрыла глаза, набираясь смелости, а после нажала на кнопку вызова.

Гудок. Второй. Третий.

– Да, моя дорогая, - проворковал спокойный голос на том конце.

– Наталья, - мой голос оборвался. – Мне нужна помощь. Я не знаю, что делать. Помогите, пожалуйста.

– Лиана, детка, успокойся, - голос Натальи стал серьезным, но при этом не утратил успокаивающих ноток. – Слушай меня внимательно. Дыши. Вдох – выдох, вдох – выдох. Я начинаю считать, а ты дыши под мой счет. Поняла?

Нет, не поняла, но подчинилась, прислушиваясь к тому, как она считает. Размеренно, уверенно, ритмично. Раз, два, три…. Десять…. Двадцать пять…. Пятьдесят…

В голове немного прояснилось, мысли перестали скакать с одного на другое, стало легче дышать и говорить.

– Лучше? – спросила Наталья.

– да, - ответила я, чувствуя, что паника немного отступает.

– Хорошо, моя милая. Теперь рассказывай. Спокойно, продолжая дышать. Не сбивайся с ритма дыхания, поняла?

– Наталья, мама пропала…. Она ушла из дома и не вернулась. Это моя вина…. Бабушке стало плохо, я вызвала скорую и вместе с ней уехала в больницу. И видимо не закрыла двери. Приехала, а дома ее нет. И около дома тоже…. Я уже все оббегала, звала ее…. Она исчезла….

– Тихо, моя хорошая, тихо, - успокаивающе ответил голос Натальи, - где ты сейчас?

– Около отделения полиции, - я навалилась спиной на шершавую мокрую поверхность забора, окружавшего участок.

– Написала заявление?

– Да. Они его приняли, но…. Наталья, они даже не начали поиски. Они вообще ничего не сделали, сказали – ждите.

В трубке на секунду повисла тишина.

— Ясно, — коротко сказала Наталья, и тон её мгновенно изменился. Он стал более собранным, почти командным. — Послушай меня. Сейчас тебе нельзя терять голову. Это важно. Дыши. Ровно. Спокойно. Тебе нужно тепло, тебе нужно место, где можно обдумать ситуацию. Куда ты можешь пойти?

Я зажмурилась, сдерживая подступающие слёзы.

— Я не могу просто сидеть, Наталья…

— Ты и не будешь, детка, — твёрдо ответила она. — Но хаотичные метания сейчас только украдут у тебя время. Нам нужна система. Шаг за шагом. Начнём с очевидного. Она не могла уйти далеко. Значит, она где-то рядом. Мы её найдём. Ты сейчас идешь домой, моя хорошая. А я позвоню сыну. Он соберет людей, и мы начнем поиски. Поверь, мой сын знает, как организовать такие мероприятия. Ты же иди домой, прямо сейчас, не стой под дождем. Если ты простынешь – никому от этого не станет легче. Поняла?