На видео она протянула руку, получила ключи, коротко кивнула, развернулась и направилась к выходу.

Парень следил за ней.

— А потом, — администратор постучал пальцем по экрану, — вы сказали, что уже нашли.

С экрана мужчина снова повернулся к стойке, сказал ещё что-то.

— Ах да, и добавили: "Мне больше ничего не нужно."

На видео парень развернулся и вышел следом за Софи.

Я не был здесь.

Администратор усмехнулся, медленно повернул голову ко мне.

— Так что, детектив?

Медленно перевёл на него взгляд.

— Помните этот момент?

Слишком похож.

Как будто это и правда был я.

— Было ещё что-то? — спросил, не отводя взгляда от экрана.

Администратор пожал плечами, постучал ногтем по столу.

— Не помню, — протянул, но затем добавил, чуть прищурившись. — Вот только потом эту девушку я нашёл утром… А вас там уже не было.

Грудь снова сжало.

Он смотрел прямо в лицо, будто ждал реакции, но я не дал ему этого.

— Это был не я, — сказал ровно.

Он не ответил, лишь ухмыльнулся, пожав плечами.

— Вам виднее, детектив.

Вдохнул глубже, развернулся, направился к выходу.

— Спасибо за запись.

— Всегда рад помочь, — бросил он вдогонку, снова усаживаясь за компьютер.

Вышел на улицу, захлопнул за собой дверь.

Воздух был чуть прохладнее, чем раньше, но не освежал.

Подошёл к машине, остановился, сцепив пальцы в кулак.

Что за чёрт?

Похожий. Слишком похожий.

Сел за руль, завёл двигатель.

Нужно было разобраться, пока это не зашло слишком далеко.

Просидел в машине минут пять, сцепив пальцы, глядя в одну точку.

Мысли прыскали, как ртуть, но складываться в логичную картину не хотели.

Нужно было посмотреть номер.

Открыл дверь, вышел, захлопнул за собой, сунул руки в карманы.

Мотель был тихий, слышался только гул далёкой трассы и слабый ветер, шевелящий занавески в окнах.

Обогнул здание, прошёл вдоль рядов дверей, сверяясь с номерами. Комната Софи Лейн была ближе к углу, рядом с небольшим мусорным баком и облезлым стулом, который, кажется, давно никто не двигал.

Остановился перед окном.

Шторы были плотно закрыты, но у самого края оставалась узкая щель, через которую можно было заглянуть внутрь.

Медленно наклонился, заглянул.

Комната была пустая, но не выглядела брошенной.

Стол перед кроватью — пуст.

Постель — сменили, но складки на покрывале неестественные.

Туалетные принадлежности на раковине — нет.

Пальцы на подоконнике дрогнули.

В глазах потемнело, и мир исчез.

Я был там.

Комната та же. Тусклый свет настольной лампы, запах дешёвого мыла и влажных простыней.

Она стояла у двери, повернув голову, тёмные волосы спадали на лицо.

Я шагнул ближе.

Она повернулась, глаза сузились, губы дрогнули.

— Ты… — голос сорвался.

Я не ответил.

Она сделала шаг назад, упёрлась в край кровати.

— Подожди…

Голос — испуганный, сбитый, как у человека, который осознаёт, что выхода нет.

Я схватил её.

Пальцы резко сжали запястье, толкнули вниз.

Она упала на матрас, дёрнулась, попыталась вырваться, оттолкнуть меня, но я уже нависал над ней.

— Нет… Нет, подожди…!

Я не слушал.

Колено вжалось в её бедро, одна рука удерживала её запястье, другая потянулась в карман.

Холодный металл в пальцах.

Она замерла, широко раскрытые глаза смотрели прямо в мои.

Она знала.

Первый удар.

Глухой удар металла о кость, она резко дёрнулась, рот открылся, но крик не вышел.

Второй удар.

Кровь брызнула, попала на матрас, на мои руки.

Её пальцы дрожали, хватали воздух.

Третий удар.

Хруст.

Тело осело, лицо осталось застывшим в полуоткрытом испуганном выражении.

Я ещё держал её за руку, ощущая, как мышцы под пальцами постепенно расслабляются.

Отпустил.

Выпрямился.

Смотрел на кровь, на её лицо, на свои руки.

Моргнул.

Мир вернулся.

Я стоял у окна, ладони вжаты в стекло, сердце колотилось в ушах.

В горле сухо, ноги словно не мои.

Голова гудела, но перед глазами всё ещё было то же самое.

Комната.