— Откуда ты знаешь? — медленно спросил, чуть нахмурившись.

Макс не отвёл взгляда. Только пожал плечами:

— Ты не ответил на вопрос.

Я поджал губы, глухо вздохнул. А потом сказал.

— Потому что после твоего исчезновения этот дом стал гробницей. Отец просто… отключился. Ходил по дому, не замечая меня, смотрел сквозь меня, как будто я тоже исчез. Мама… Она замкнулась в себе. Перестала говорить. Только сидела на кухне, часами глядя в одну точку. — Провёл рукой по виску. — Я понял, что для них меня больше нет. Что я здесь никто. Что если останусь, то просто растворюсь для них.

Макс молчал. Взгляд его не менялся, но в темноте я не мог понять, что он думает.

— И ты просто ушёл? — наконец спросил он.

Я кивнул.

— Просто ушёл. И больше не возвращался.

Макс медленно перевёл взгляд вперёд, на пустую дорогу перед домом. Долгая пауза.

— Никогда не хотел вернуться? — тихо спросил он.

Я усмехнулся, но без веселья. Повернул бутылку в руках, глядя, как на стекле блестят отсветы уличного фонаря.

— Некуда было возвращаться, — выдохнул я. — Отец винил меня в твоём исчезновении. Прямо он этого не говорил, но я видел. Видел, как смотрел на меня, как будто искал подтверждение своей догадки. Как будто в голове у него уже сложилась картина того, что произошло. И знаешь, что он мне однажды сказал? — Я посмотрел на Макса, но тот молчал, ждал. — Он сказал, что если бы пропал я, а не ты, то они бы вряд ли так переживали. Потому что ты был важнее. Они всегда больше любили тебя.

Макс резко вдохнул, но ничего не ответил. Просто сидел, смотрел вперёд, в темноту. Я чуть наклонил голову, чувствуя, как горечь поднимается из глубины груди.

— И я до сих пор считаю что он сказал правду.

Макс молчал, но я продолжил:

— И, знаешь, я не скучаю по отцу. Точнее, по тому, каким он стал после этого. Всё изменилось. Просто мир рухнул. Не только для них, но и для меня тоже.

Макс слегка наклонил голову, но ничего не сказал. Я сделал глоток пива.

— Я просто понял, что мне тут не место. — Немного подождав продолжил. — Но самое страшное было не это. Самое страшное — не понимать, что с тобой. Где ты. Жив ли… или…

— Всё нормально, — резко оборвал Макс. Голос твёрдый, без колебаний. — Я никого не виню.

Я посмотрел на него, но он продолжал, не давая вставить ни слова:

— Со мной всё нормально было. Ни больно, ни страшно. Последний раз страх был… в сарае. А потом всё. Исчез.

Я повернулся к нему, собираясь задать вопрос, но передумал. Что-то в его голосе, в его взгляде давало понять — он не собирался говорить больше, чем уже сказал.

Сон начал стремительно накатывать. Веки налились тяжестью, голова стала ватной. Макс взглянул на меня и спросил:

— Ты как?

— Видимо, сильно устал, — пробормотал я. Голова закружилась, мир перед глазами стал размытым.

Попытался подняться, но сознание тут же помутнело. В голове странное ощущение, в ушах зашумело.

Последнее, что увидел, прежде чем провалиться в темноту, — мутное лицо Макса. Он спокойно сидел на ступеньках, делая глоток пива, и безмятежно смотрел на меня.

Темнота.

Глава 11. Пустота и реальность

Солнце пробивалось сквозь щели в шторах номера отеля, мягко касаясь моего лица. Я резко поднялся, сел, сердце бешено заколотилось в груди. Огляделся, и ужас накрыл меня волной. Отель. Снова этот номер. Какого чёрта?

Поднялся на ноги, прошёлся по комнате, осматриваясь с нарастающей паникой. Ни бутылок, ни пачек чипсов, ни вчерашнего мусора на полу. Всё выглядело безупречно чисто. Как будто вчерашнего дня вообще не было.

Мой взгляд метнулся к тумбочке. Сумка стояла аккуратно застёгнутая, будто ждала моего отъезда, хотя вчера я уже забрал её. Я подошёл ближе, открыл молнию — вещи ровно сложены, ни единого намёка на беспорядок.

Голова закружилась. Что происходит? Что со мной творится? Я ясно помнил, как меня вырубило на ступеньках родительского дома, а теперь снова здесь.

Отступил назад, чувствуя, как комната начинает кружиться. Паника мешалась с растерянностью, превращаясь в удушающий ком. Я уже ничего не понимал.

Нужно ехать. Нужно снова увидеть дом. Нужно убедиться, что я не схожу с ума.

Схватил сумку, телефон, лежавший рядом, и поспешно вышел из номера, резко захлопнув за собой дверь. Спустился вниз по лестнице, но вдруг остановился. Задумался.

Нужно кое-что проверить. Я повернулся и направился к стойке администратора.

Женщина сидела за компьютером, ровно так же, как и вчера. Я подошёл ближе и вежливо поздоровался.

Она подняла глаза.

— Доброе утро. Чем могу помочь?

— Доброе. Я… можете проверить? Я вчера съехал, вернул вам ключи. Но не помню когда вернулся обратно, — произнёс я, чувствуя, как голос слегка дрожит.

Она странно посмотрела на меня, подняла бровь и открыла журнал.

— Нет, вы не съезжали. — Голос звучал спокойно и буднично, но будто я помешал ей. — Всё ещё зарегистрированы.