То, что он, как ему казалось, выкинул из головы накануне, в действительности крепко засело в мыслях.

Надежда. Глупая ненужная надежда обмануть судьбу и найти мать для своего ребенка. И ведь Шарль понимал, что запечатление не принесет ему ничего, кроме проблем, но отмахнуться от этого не мог.

Несмотря на то, что кадхаи по сути являлись бессмертными, вечно они не жили. И каждая смерть кадхаи, не оставившего потомства, ослабляла их. Кадхаи и без того были немногочисленны, а механизм запечатления отнюдь не способствовал росту их числа. Запечатленные редко рожали больше одного ребенка, часто умирая при родах, и большинство кадхаи не считало это проблемой. Потому что запечатление происходило без учета симпатий и предпочтений с обеих сторон, и связанными порой становились те, кто ненавидели друг друга. Впрочем, уместнее было бы сказать, что порой запечатление связывало двух любящих, ведь это случалось куда реже.

Отцу Шарля повезло — он и его запечатленная полюбили друг друга, и у Шарля был младший брат, успевший запечатлиться и похоронить жену после рождения Пьера, а после жениться снова, но уже на любимой женщине. А вот Шарлю не повезло, словно судьба отыгралась на нем за счастье родителей.

И ведь нет ничего проще, чем пойти и проверить гостий на запечатление, навсегда избавляясь от сомнений, убедившись, что ни одна из них не может стать матерью его ребенка. Но тот мизерный шанс на обратное заставляет погружаться в рутину, гнать сомнения и не сметь его проверить. И, быть может, он бы решился на проверку, если бы Мари начала снова действовать ему на нервы разговорами о ребенке.

Но Мари вела себя безупречно, разбавляя его сомнения чувством вины.

В действительности Шарлю было не за что себя винить. Но сами сомнения словно бы шептали о том, что он готов изменить Мари. При том, что измену Шарль считал чем-то неприемлемым. Верность в принципе была в натуре кадхаи. Но столь же велико было и чувство долга, что требовало продолжения рода.

Дилемма, существовавшая только в воображении Шарля, не давала ему покоя, заставляя все активнее погружаться в дела провинции. Даже самые глубокие, откладываемые месяцами.

Так что определенная польза от прибытия гостей из космоса имелась.

Стоит ли говорить, что Шарль предпочел бы расправиться с делами без подобной стимуляции. Но пока все, что ему оставалось — это его работа.

Потребовалась неделя, чтобы Шарль все же взял себя в руки, твердо решив придерживаться своего первоначального выбора. После долгих и довольно мучительных колебаний он все же счел, что не хочет предавать Мари. А чтобы избавиться от источника проблем, нужно просто воспользоваться предложением Ривенхаи и отправить исследователей в провинцию Ляо. Конечно, Пьер будет разочарован — он все еще не устал от гостей. Но собственное спокойствие важнее.

Но отдать соответствующее распоряжение Шарль не успел.

Его не особо насторожило отсутствие Пьера в один из вечеров, когда племянник обычно являлся с отчетом по гостям. Шарль не требовал этих отчетов, Пьеру просто нравилось делиться наблюдениями.

Однако на следующее утро к нему явился обеспокоенный секретарь.

— Господин Пьер пропал, — с порога заявил он.

— Что значит — пропал? — поразился Шарль.

— Господин Фогир только что связался со мной, интересуясь, где господин Пьер и кто будет вместо него. Я попытался дозвониться до него, но комм господина Пьера не отвечает.

— Он не предупреждал о каких-то планах? — Шарль встревожился.

Пьер давно вышел из того возраста, когда совершают импульсивные и безрассудные поступки, поэтому если он исчез, никого не предупредив — значит, с ним что-то случилось.

— М, вчера господин Пьер сообщил, что отправляется в Ларус. Но поездка планировалась короткая, и он должен был вернуться еще вечером.

— Зачем ему в Ларус? — удивился Шарль.

— Судя по всему, он организовал экскурсию к крепости для одного из участников экспедиции. Кстати, господин Фогир интересовался и ее местонахождением.

— Ее?

— М… — секретарь заглянул в блокнот. — Шайна Миури.

Шарль нахмурился. Шайна Миури — это не та ли единственная на всю экспедицию молодая девушка? Мог ли Пьер увлечься ею настолько, чтобы увести куда-то, никого не предупредив? Нет, тогда он не стал бы говорить о своих планах.

Но что могло случиться? Пьер — сильный молодой кадхаи, а дорога до Ларуса не опасна. Но, если он не вернулся из поездки…

— Организуйте поиски. Возможно, сломалась машина, и они застряли на дороге, — хмуро велел он.

Шарль и сам бы отправился на поиски, но счел, что необходимости в этом нет. Он не думал, что с племянником может случиться что-то серьезное.

С сообщением о том, что Пьер нашелся, ему позвонили только спустя час. И, как выяснилось, беспокоиться было о чем.

Пьер и его спутница обнаружились в лесу, в паре километров от дороги и машины, которую нашли почти сразу, недалеко от Дверей в Ларус. Машина была разбита в хлам, вокруг нее обнаружились обильные следы крови, которые, собственно, и привели поисковую группу к пропавшим.