Из доброжелательного свойского парня, город на секунду превратился в воспитанного джентльмена, который только что прибыл из закрытой британской школы. Уже закатал рукава своего дорогого пиджака с синим щитом и птицей. Улыбался, потому что наконец-то приехал к своим пацанам. Даже кидался местными диалектами и дерзкими шутейками про девичьи прелести. Но всё же сохранял свою воспитанность и спокойствие.

Так же и гости, которые из простых.

Они скромно ходили по залу. Искренне радовались, когда видели знакомых. Общались, улыбались, и иногда выпивали, разойдясь по уголкам.

А, что касается блогеров… Вот тут всё было сложнее.

— И чё она? Из одиннадцати секунд-то даёт? — вокруг меня ходил пухлый мужчина средних лет и вёл себя так, будто мы с ним уже давно знакомы: — Знаешь, я вот сколько раз гонял на «Москвидоне» новом… Честно говоря, пока не дотягивает. Но это вкусовщина, парень! Реальная вкусовщина! А твои слова про тачки для всех мне понравились. Не, круто-круто. Пора уже этим бездарям на «ВАЗе» задать! Чего они над людьми издеваются, правда же?

Исключительная воспитанность и нежелание читать потом кучу статей о том, что «Осокин — грубиян» сдерживали меня от справедливых ответов.

Потом этот самый пухлый мужчина всё же дорвался до «Стелларов». Пожмякал их. Тыкал, в основном в крылья и двери, как будто хотел пробить металл насквозь. Увы, «Джеки Чан-момента» не произошло.

Затем возле меня стояли два странноватых парня. Один крупный с пышной бородой. Разговаривал спокойно, и я бы даже сказал — мелодично. Часто вставлял реально смешные шутейки, от которых его компаньон… Кхм… Как бы так покультурнее сказать? Это даже не смех, а дикий ор гиены. В целом — очень приятные парни.

Потом мне довелось пообщаться с высоким худощавым молодым человеком в очках. Разговаривал он, в основном — высокопарно. Словно сошёл со страниц русской классики. Уточнял сугубо по делу. И было видно, что он разбирается в вопросе, куда лучше моего. Однако гость не позволял себе колкостей и зачастую просто старался держаться на моём уровне.

С дворянами же всё было… малость, похуже.

Многие из них, почему-то искренне верили, что я местный маскот. Да-да, мне самому лишь недавно довелось узнать истинное значение данного слова. По сути — это нечто иное, как персонаж-талисман. Вот эти ростовые куклы, которые развлекают людей в парках и на стадионах во время спортивных мероприятий.

Так вот, дворяне — особенно женщины, вечно искали моей компании. Пытались потрогать и сфотографироваться. Такого напора, особенно со стороны юных особ — я не ожидал.

Благо, что Ксюша дежурила неподалёку и помогала мне избавиться от навязчивого внимания…

— Вот меня всегда интересовал один вопрос. — я остановился возле лестницы, и продолжая дежурно улыбаться на камеры, посмотрел на юную Госпожу Артову: — Зачем им всё это?

— Девчонкам? Ну, а ты присмотрись внимательнее. Это же школьницы.

— Школьницы?! — ужаснулся я.

— М-м-м! Восьмиклассница-а-а-а… — пропел кот, шмыгнувший мимо с креветкой в зубах.

— Ну, конечно! — усмехнулась Ксюша: — Вычурный макияж. Платье для «охоты».

— Они выглядят… Как бы это культурно сказать? Как элитные эскортницы!

— Да. А, что поделать? Вот такие вот у нас нынче старшеклассницы из дворянских.

— Тогда, тем более не понимаю… Я-то им, на кой сдался? Ни влиятельных родителей. Ни нормальных дворянских капиталов. Зять — нехрен взять.

— Ну, ты тоже загнул… Всё у тебя хорошо. Просто, молодые девчата очень падки на популярность. Для них вполне естественно выбирать предмет для обожания.

— Предмет?

— Ага. Предмет — вещь неодушевлённая. Аксессуар, если быть точнее. Подойдёт любой — певец, актёр или просто знаменитость. Тут важна обложка и нарратив. А если этот «предмет» ещё и с симпатичным личиком и харизмой, как у тебя… У-у-у… — юная Госпожа Артова театрально закатила глаза и замахала рукой себе на лицо.

Значит, вот, какова цена всеобщей славы? Ты тихо и мирно собираешь паству последователей. Задвигаешь речи о пользе тех или иных направлений… Ожидаешь, что люди просто будут безмолвно падать на колени пред твоим величием.

Но реальность полна разочарований… Вместо всего этого выпрыгивают школьницы и визжат. Тискают. Фотографируют. Пытаются увести за собой. Причём, в большинстве своём делают это очень грубо и нагло!

Воспитания этим девицам явно не хватает.

— Фёдор Александрович! — из-за столика с креветками вынырнула Ириска: — Скоро начнётся гонка! Вы, как организатор, должны дать старт.

— О! Радость моя, иди-ка сюда. — я подтянул горничную к себе: — Скажи мне, дорогая… А, кто-нибудь проверял эти ваши «заряженные» купе? Они точно смогут показать, хоть что-нибудь?