Это конец.

Центры теперь. Господи, да хоть продавай, но после такой рекламы никто не купит за нормальную цену. Или как раз и купят, предложив цену вдвое ниже нормальной? Или втрое? А потом, когда подзабудется, выпустят новый пост.

Хотя…

— Машка… — Мелецкий посмотрел на задумчивую жену. — Скажи, а ты в этой херне разбираешься?

— В какой именно?

— Ну… блогеры-шмогеры.

— Слегка. У меня, кстати, свой блог имеется. Но это так, для души. А что?

— А можешь выпустить опровержение? Ну, типа, что всё наоборот, что собирает эфир из воздуха и закачивает в посетителей? И потому те, кто к нам приходит, здоровеют со страшной силой?

— Идею поняла, — она поскребла переносицу. — В целом звучит логично, при правильной подаче съедят и не подавятся. Но это не я должна делать. Нужно поискать его естественных врагов.

— Чего?

— У любого блогера есть хейтеры и те, с кем он во мнениях не сходится. Ещё всякого рода локальные эксперты. Меня не послушают. А вот блогерский баттл замутить вполне получится.

— Половины не понял, но действуй.

— А как же Милочка?

— … и ужасные мыши — это лишь первый предвестник грядущего апокалипсиса. Говорю вам верно.

— А при чём тут Милочка? — удивился Мелецкий.

— Она ж у нас пиарщиками заведует. Помнишь, что ты сказал? У неё и образование есть нужное. И вообще она умненькая, разберется. А мне туда лезть не по чину. Да и по образованию я товаровед.

— Маш…

Она поглядела спокойно и серьёзно:

— Знаешь, Тоха, когда всё это закончится, я на развод подам. Я сразу хотела, когда ты в первый раз загулял.

— Что ж не подала?

Стало обидно и ещё больно, будто в самое сердце ножом ткнули. Он, значит, всё для них, а она на развод?

— А мама отговорила. Я к ней плакаться, а она и говорит, мол, все вы одинаковые. И все гуляете. Потому нет смысла шило на мыло менять. Ты и при деньгах, и не жадный. Так что, сказала, не дури, Машка, пользуйся. А если сама не хочешь, то о ребенке подумай. Мол, ты живо новую бабу подыщешь, а та уже найдёт, как вас с Данькой из головы и сердца выкинуть. Впрочем, Антошка, ты и без бабы справился.

— Знаешь… ты вот тоже… не больно за семью радела.

— Твоя правда.

— … в рядах появилось некоторое оживление! Там явно что-то происходит! Вы только взгляните…

— … сначала обидно было. Потом как-то притерпелась. Привыкла. Втянулась даже. И вправду, все так живут.

— Чего ж тогда разводится?

— А вот… не хочу я, как все. Стас в клинику лёг. И как понимаю, вряд ли оттуда выйдет. У Илонки дочь в Тибет укатила, в монастырь, познавать себя и мироздание. Сказала напоследок, что задолбало её лицемерие. Ниночка всё воюет с любовницами своего ненаглядного. Васька в процессе развода, потому что нашлась та, которая мужу милее. Переверзины друг перед другом выделываются, у кого на стороне моложе и круче. Не хочу. Гоа, шопинги, пляжи, Европы… ощущение, что я свою жизнь на шмотки спустила и прочую муть.

— … вы только взгляните! — от необходимости отвечать что-то избавил вопль блогера. И за это Антон был ему даже благодарен.

Правда, не настолько, чтобы не найти поганца.

— Это не поддаётся пониманию!

Камера прыгала и качалась. А потом погасла, но тотчас включилась другая.

— Власти пытаются утаить происходящее от народа, но мы не позволим! Смотрите здесь и только здесь! Мыши-мутанты покинули пределы города! И не только они! Грядет апокалипсис! А что делают военные! Что они делают! Ничего не делают…

— Это ж Данька, — сказала Машка, близоруко щурясь.

— Да нет, — Антон покачал головой и на всякий случай отодвинул экран подальше. У него тоже со зрением было неладно, особенно временами, порой вообще пелена висела, но как-то вот заняться проблемой не выходило. — Это…

— … их хвалёный непреодолимый купол просто лопнул! И теперь…

— А я тебе говорю, Данька! Я что, сына родного не узнаю…

— … орды чешуйчатых мышей под предводительством кошмарных клоунов, явно вышедших из преисподней…

— Да они все одинаковы!

— Не скажи! Вот тот тощий совсем, а третий — девица. Вот вечно вокруг него какие-то девицы крутятся, — пробурчала Машка. — И главное, ты посмотри, за руку её держит. И сам довольный донельзя!

— На нём маска! Откуда ты знаешь, что он довольный?

— Материнское сердце не обманешь. И вообще, себя вспомни. Чем больший хаос вокруг, тем тебе веселей. А тут и мыши, и клоуны… нацепил маску и думает, что мама его не узнает.

— Вы только взгляните в демонические лица их. Эти улыбки не предвещают ничего хорошего. И музыка, вслушайтесь в дьявольское звучание этой музыки! Высшие силы явно намекают о грядущем нашествии…