— Кто такой Валерий и откуда ты знаешь, что Марта, как и ты, не изрисована под платьем? — навострила уши Пелагея, с любопытством переводя взгляд с меня на ведьму.

— Не важно, — отмахнулась Марта.

— Что не важно? — прищурилась Пелагея, — То — что вы спите друг с другом или этот ваш Валерий?

— Не переходи границ, я же не спрашиваю, что ты каждый день делаешь в доме у Степана, когда его жена уезжает из деревни?

На лицо Пелагеи набежала тень. Было видно, что она очень хочет сказать что-нибудь обидное в ответ.

— Дамы, не стоит ссориться. У каждого из нас есть своя личная жизнь, поэтому не будем углубляться в дебри.

Ведьмы смерили друг друга недовольным взглядом, прекращая разговор, но я чувствовал, что напряжение в воздухе начало нарастать.

Я уже начал опасаться, как бы не произошёл взрыв. Женщины, вообще, существа эмоциональные, а уж ведьмы и подавно. Если сцепятся в драке, разнимать себе дороже.

Вот ведь, ляпнул не подумавши, теперь получай на свою голову.

Хорошо, что Пелагея решила не раздувать скандал. Ведьма встряхнула руками, сбрасывая напряжение, и поглядев на Марту, заявила:

— Пойду я, а вы тут сами разбирайтесь, — буркнула она и поспешила на выход.

Глядя ведьме вслед, я понял, что их разговор с Мартой ещё не закончен. Выяснение отношений всё равно состоится, но по крайней мере не здесь и не сейчас.

Я был уверен, что ведьма сдала позиции только потому, что видела тоже, что и я.

— Вы ведь не поубиваете друг друга? — спросил обеспокоенно.

— Хе-х, нет, конечно. Не в первый раз и не в последний ссоримся, — ответила Марта, а затем нахмурилась, — Ты зачем сболтнул лишнего?

Пожал плечами.

— Во-первых, я не собираюсь ни от кого прятать наши отношения. Чай, не мальчик.

— А у нас уже отношения?

— Понятия не имею, но я бы хотел не раз повторить то, что произошло недавно.

— Хм-м, аналогично.

— Ну вот, вопрос решён.

— А про Валерия зачем сказал?

— Ты себя сейчас в зеркале видела?

— А что такое? — обеспокоилась ведьма.

Я не ответил, спрашивая совершенно другое:

— Ты как себя чувствуешь?

— Устала сильно. Ничего, отдохну и буду в порядке.

Покачал головой.

— Вот это — вряд ли. У тебя вид сейчас — покойника в гроб краше кладут.

— Ну, спасибо, — буркнула Марта и поспешила к зеркалу.

Увидев своё отражение, из горла ведьмы вырвался вой дикой гиены, а затем — несколько громких матерных фраз.

Я её прекрасно понимал. Женщина за какой-то час постарела примерно лет на десять.

А всё почему?

Потому, что резерв её сил заметно уменьшился из-за проклятия, вызванного несоблюдением клятвы. Не стоило ей сегодня так выкладываться. Хватило бы оберегов на дом, а я мог обойтись и без них.

— Эх, — тяжело выдохнула Марта, усаживаясь рядом со мной на диван, — Стоило ожидать.

— Не переживай, разберёмся с твоей проблемой.

— Каким образом? Если так пойдет и дальше, то я очень скоро состарюсь и умру. Такое чувство, что сила как дым костра, разносится ветром в разные стороны, утекает сквозь пальцы.

— Сколько у нас времени?

— Если не буду пользоваться даром, думаю, месяца хватит.

— Что нужно сделать, чтобы предотвратить расход силы?

— Ничего, — обречённо произнесла Марта, закрыв лицо руками, а потом резко поднялась и с решимостью посмотрела на меня.

— Спасибо за всё, Алексей, но помочь ты мне не сможешь. Горюнь-камень у Ратмира забирать не пойдёшь, и я тебя понимаю: одна жизнь против нескольких десятков, а то и сотен… С другой — мне тоже не хочется подыхать, так что буду искать альтернативу.

— Обратишься к другому Кромешнику?

— Да, тогда тебе не придётся поступаться своей совестью.

— Марта, пожалуйста, не делай глупостей.

— Я не собираюсь сидеть сложа руки, — огрызнулась ведьма.

— И что, кроме как передать этот чёртов камень вурдалаку, нет никаких вариантов? А если Валерий отзовёт навязанную тебе клятву, прервёт договор… Это поможет?

— Ха-ха, как ты себе это представляешь? Ублюдок никогда не пойдёт ни на что подобное, просто потому — что сильнее. Я не смогу противостоять Валерию.

— Тебе и не придётся. Я сам разберусь с вурдалаком.

— Не говори глупостей, ты не сумеешь ничего сделать, погибнешь за зря.

— А ты обо мне беспокоишься?

— Хм-м, — Марта на мгновение растерялась.

Было видно, что женщина сама не понимала, какие чувства испытывала.

— Странно, но мне не безразлично, что с тобой произойдет. Да и, честно говоря, глупая это затея. Ничего у тебя не выйдет. Если выступать против Валерия, значит — пойти против всего гнезда. Сплошное самоубийство.