Ловкость +50 единиц.

Телосложение +10 единиц.

Ночное зрение +10 единиц.

Сроком на пять минут.

Достижения, полученные под воздействием данного бафа, в других рейтингах не учитываются.

Внимание! Баф: «Возвеличивание» должен быль использован до конца текущих суток, или награда будет отменена.

Я прочитал послание и начал перечитывать вновь, но затем мои глаза метнулись опять к окончанию. Чего? До конца суток? Я бросил взгляд на браслет: без десяти двенадцать.

Понятно… Я глянул на болото, небесная иллюминация никак не повлияла на ждущих фрогов, они так и продолжали сидеть, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу.

— Зубр, подъем! Встаем быстро, некогда объяснять, мы идем на войну.

— А? Что? Куда? На войну?! Что?!

— Проснулся? Отлично, я вперед, а ты далеко от стеночки пока не отходи, будешь добивать тех, кого я не успею. Главное, за своей безопасностью следи, остальное вторично.

— Что? Куда?

Я вынырнул из своего теплого, вонючего, уютного шалашика, вздрогнув от ночной прохлады. Через секунду мне перестало быть холодно.

Я твердым шагом направился к ближайшему фрогу, на ходу активируя баф. Пару шагов ничего не происходило, и я начал уже несколько волноваться, а зря. Миг и мне в жилы впрыснули лаву. Возможно, у меня пар повалил из ушей, а глаза получили возможность пускать лазеры, не знаю, но по крайней мере та еле видимая аура, что едва выглядывала из-под снаряжения, сейчас расширилась метра на полтора, закрывая меня сплошным коконом. Вокруг стало светло будто дождливым днем. Ломающая спину снаряга стала невесомой, да и вообще все тело стало легче перышка. Будто я весь день тащил в горы рюкзак в полцентнера весом и, наконец, его скинул. Теперь я на каждом шагу буквально подскакивал, так и стремясь вознестись в небеса. Я не стал себя сдерживать, перейдя на легкий бег, стараясь держать в поле зрения сразу всех противников, чему сильно помогало возникшее вокруг них отчетливо видимое свечение. Еще шаг и у одного из фрогов сдерживающие центры отключились и он, оттолкнувшись от земли взвился в небеса. Я не стал придумывать ничего нового, последовав примеру ныне мертвого хозяина этих мест, взвился ему наперерез. Вот только так высоко прыгать, как тот я не стал, пролетев прямо под пузом моба. Выстреливший язык, отброшенный в сторону астральным щитом, пролетел в сантиметре от каски, а вот я не промахнулся: острие потрошителя вошло в объемное тело в районе горла и пропоров всю брюшину воткнулось куда-то в районе тазовых костей.

Внимание! Прочность потрошителя –3 единицы. 88/100.

От страшного удара меня развернуло в воздухе, ведь баф мне массы не прибавил, и я был как тот знаменитый ёжик из анекдота — сильный, но легкий, и противник превышал меня по массе раз в пять, что в данный момент ему не помогло: он рухнул на землю с грацией мешка с дерьмом, расплескав по ней разрубленные потроха. Я тоже свалился неудачно, на спину, однако удара практически не почувствовал, будто свалившись на груду пуховых подушек и уже через миг был снова на ногах. Ментальный щит — это реально имба, окружает тело таким плотным коконом, будто тебя в матрас обернули. От пули в голову он вряд ли защитит, но от множества мелких неприятностей уберечь способен. И не от мелких тоже.

Не успел я оказаться на ногах, а первый фрог понять, что он уже мертв, от второго прилетел липкий язык, стараясь утащить меня в свою пасть. Язык не долетел, увязнув в ауре, а затем резко отдернулся назад, отрубленный на половину своей немалой длины. Фрог замотал головой от боли, и я, пролетев разделяющее нас расстояние, приземлился на заросшую костяными шипами спину, не нашел, куда всадить клинок, развернулся пихнул его в раскрытую пасть и рванул на себя вспарывая уголок губ, делая и так огромную пасть еще на полметра шире. Приподнялся и тут же был сбит очередным телом, врезавшимся в меня всей свое массой. Кости при этом не треснули, голову с плеч не сорвало, но ориентацию в пространстве на пару секунд потерял, как и многострадальный щит, улетевший в неведомые дали. Ладно, без него справимся…

Закрывшая небо тень, удар, тиски, до хруста сжавшие грудную клетку, скрежет акульих зубов по пластинам бронежилета…

Пасть фрога обхватила мое тело, левый глаз скосился, уставившись мне в лицо. Я по-доброму ему улыбнулся, подмигнул, приставил сложенный потрошитель к его горлу и активировал. Раз пять-шесть подряд.

Внимание! Прочность потрошителя –2 единицы. 86/100.

Внимание! Прочность потрошителя –3 единицы. 83/100.

Внимание! Прочность потрошителя –1 единица. 82/100.

Острие клинка легко прошло горловую мембрану, язык и пробив жесткое нёбо нашло, наконец, что-то жизненно важное, после чего глаза монстра сошлись в одну точку, а пасть безвольно разжалась, роняя меня на землю. Долететь туда я не успел, меня перехватили на лету: широченный язык, преодолев сопротивление ауры, прилип к ноге, резким рывком подтаскивая мою тушку к широко раскрытой пасти. Потрошитель взметнулся в воздух и застыл вместе с рукой, обвитой еще одним языком, рванувшим меня в противоположную сторону до хруста и визга костей. Или это я взвизгнул? Неважно. Я напряг налитые силой мускулы, умудрившись слегка вытянуть в край надоевшие языки, но упершиеся туши фрогов не сдвинулись ни на миллиметр. Ладно, если хотите по жёсткому, будет по жёсткому. Дрожащий от нетерпения Фракир будто сорвался с цепи, атакующей змеёй заметался от одного языка к другому, впиваясь в них, нанося страшные удары некротической энергией. По вытянутым языкам и телам заметались угрюмые молнии, заставляя фрогов трястись и пучить глаза. Я рванул сильнее и в этот раз ослабшие лапы жаб-переростков подогнулись, и они грохнулись мордами на землю. Ещё рывок, продолжающие трястись туши приблизились к друг другу на очередной десяток сантиметров… Надо двигать шустрее, еще одна тварь на подходе, не успею до ее прихода, они меня просто четвертуют, разорвав на части. Сквозь громоподобный рык противников донеслись хлопки пистолетных выстрелов, и я понял, что дополнительных пяток секунд у меня нашлись. Сумел рывком изогнуться, полоснуть потрошителем по одному из языков.

Хруст, отчаянное шипение, брызнувшая во все стороны кровь. Ещё один удар и кусок языка, весом килограммов в тридцать, отделился от своего хозяина, безжизненным шматком плоти свалившись на землю. Я крутанул правой рукой, наворачивая на неё второй язык, посмотрел в мёртвые, вечно голодные глаза фрога и резанул снова, сразу же отскакивая в сторону и оставляя того заливать всё окружающее своей кровью. Вовремя, а там, где я только что стоял, приземлилась туша фрога, и на подходе была ещё пара, да и последних трое, хоть и сильно пострадали, истекали кровью, но были ещё вполне себе живы и представляли немалую опасность.