За эти дни важно б[ыло] то, что я, не помню ужъ по какому случаю, кажется посл? внутренняго обвиненія моихъ сыновей — я сталъ вспоминать вс? свои гадости. Я живо вспомнилъ все, или по крайней м?р? многое, и ужаснулся. На сколько жизнь другихъ и сыновей лучше моей. Мн? не гордиться надо и прошедшимъ, да и настоящимъ, а смириться, стыдиться, спрятаться — просить прощеніе у людей.218 Написалъ: у Бога, а потомъ вымаралъ. Передъ Б[огомъ] я меньше виноватъ, ч?мъ передъ людям[и]. Онъ сд?лалъ меня, допустилъ меня быть такимъ.219 Ут?шеніе только въ томъ, что я не б[ылъ] золъ никогда; на сов?сти два три поступка, к[оторые] и тогда мучали, а жестокъ я не былъ. Но все таки гадина я отвратительная. И какъ хорошо это знать и помнить. Сейчасъ становишься добр?е къ людямъ, а это — главное, одно нужно.

1) Старики теряютъ память всего недавняго. А память в?дь есть то, чтo связываетъ совершающееся во времени въ одно я. Значитъ это я зд?шнее закончено и начинается новое.

2) Литераторамъ,220 ихъ трудамъ приписывается неподобающее имъ значеніе и важность, потому что въ рукахъ литераторовъ — пресс[а], устанавливающая обществ[енное] мн?ніе. — Только этимъ можно объяснить эти странн[о]221 серьезныя разсужденія критиковъ о значеніи героевъ поэмъ, романовъ… Т?мъ же объясняется и преувеличенное значеніе, придаваемое искусству. Они вс? одной клики.

3) Если нашелъ вещь, и н?тъ хозяина, если возьмешь траву, дерево съ степи,222 к[оторую] ты считаешь ничьею, или изъ л?са ничьяго, — то ты не виноватъ. Также не виноватъ и землевлад?лецъ и влад?лецъ фабрики и получающій жалованіе чиновникъ, если онъ не знаетъ, какъ пріобр?тена земля, фабрика, какъ и съ кого собираются подати; но коли онъ знаетъ, что найденн[ой] вещи есть хозяинъ, что трава, деревья куплены другимъ — онъ воръ, если беретъ. И такой же воръ, если зналъ, какъ теперь должны знать вс?, какъ пріобр?та[ется] земля, фабрика, подати, и223 пользуется т?мъ, другимъ или третьимъ — онъ воръ.

4) Страшный, не разр?шимый вопросъ: какъ могутъ люди умные, образованные — католики, православные — в?рить въ224 нел?пости церковной в?ры,225 можетъ быть объясненъ только гипнозомъ. Въ д?тскомъ возраст? и потомъ въ минуты подавленнаго состоянія людямъ внушаются идеи, и он? такъ226 кр?пко засаживаются, что люди потомъ не въ силахъ освободиться отъ нихъ. Читая прошлаго года книги о гипноз?, я не нашелъ въ нихъ отв?та на вопросъ: какъ освобождаться отъ гипно[за]?227 Я думаю, что одно средство: нарушеніе связи съ гипнотизаторомъ, естественный образъ жизни и главное подъемъ въ область духовной самод?ятельности.

Объ этомъ надо подумать. Это ужасно важно.

Говорятъ:228 гипнотизатор[ы]229 подлежать суду за внушеніе поступковъ противозаконныхъ. A внушеніе въ д?тскомъ, воcпріимчивомъ къ гипнозу возраст? вс?хъ ужасовъ церковной в?ры не только не запрещается, но запрещается невнушеніе. Это ужасно.

5) Все ясн?е и ясн?е для меня становится, что ч?мъ меньше силы230 чувства и231 самобытной мысли, т?мъ легче челов?къ усваиваетъ передаваемое. — Въ обученіи есть тоже гипнозъ. Въ истеричномъ состояніи подражаніе усваивается удивительно. И истеричные, не им?я никакихъ другихъ мыслей и чувствъ кром? т?хъ, кот[орыми] они охвачены въ данную минуту — д?йствуютъ очень сильно на другихъ, тоже гипнотизируютъ. Они, какъ намагниченное жел?зо, д?лают[ся] магнитомъ.

Все писалъ съ большимъ усиліемъ, л?нью.

10 Ок. 1900. Я. П Е. б. ж.

[10 октября.] Утромъ долго не могъ взяться за работу, потомъ опять поправилъ конецъ и чувствую, что все еще не кончилъ. Погулялъ. Дождь.

Непріятное впечатл?ніе, к[оторое] въ то время, какъ получилъ, не усп?лъ преодол?ть: это Л[евино], переписываемое д?вочками какое то писаніе. Tout comprendre…232

?здилъ верхомъ далеко по тульск[ой] дорог? и кое что думалъ. Запишу прямо сюда, а не въ книжку.

1) Если челов?къ все говоритъ про поэтическое, знайте, что онъ лишенъ поэтич[ескаго] чувства. То же о религіи, о наук? (я любилъ говорить о наук?), о доброт? — тотъ золъ.

2) Я теперь безпрестанно застаю себя на чувств? недов?рія къ реальности этого міра. Зач?мъ весна, л?то, осень. Разв? нельзя совс?мъ иначе. И разв? не ясно, что это только233 случайность, а одно есть ничто. Такъ я и чувствую. Ничто этотъ міръ, а чтo — это я, моя душа.

И я вспомнилъ, какъ я смотр?лъ на міръ въ д?тств?. Какъ234 несомн?нно б[ыло], что этотъ міръ единственный и даже не единственный, a настоящій, такъ что все, кром? него, фантазія. А теперь я знаю, что этотъ міръ фантазія. Отъ д?тскаго представленія о мір?, т. е. собственно о моемъ т?лесномъ я, до теперешняго яснаго сознанія его случайно[сти] и ничтожности, я проходилъ (и вс[?] проход[ятъ]) много ступеней. Это надо еще разъяснить.

3) Хорошо ли женское образованіе? Хорошо. А хорошо ли курсы? Скверно. Отчего? Отъ того, что они, какъ всякая школа, ставятъ людей въ положеніе особенно воспріимчивое къ гипнозу. A д?вушки особенно склонны къ этому. Вс? школы это усыпленіе. Настоящее невредное образованіе пріобр?таетъ каждый только одинъ, какъ все хорошее пріобр?таетъ всякій только одинъ, т. е. не одинъ, а съ Богомъ.

4) Думалось какъ-то хорошо по случаю моихъ отношеній къ людямъ близкимъ, что эта близость къ нимъ не безразлична, а обязываетъ. Не могу сейчасъ лучше сказать. — Что черезъ мои отношенія съ ними я устанавливаю новую форму.235