— Жених и невеста, тили-тили…

— Она моя сестра, — буркнул Федор и глянул на Сьюзи. — Ты… ты сама справилась. Поняла?

Девушка молча кивнула, а Горт оглядел свою черную мантию и вздохнул.

— Вот бы отец увидел… — пробормотал он.

В этот момент его в плечо толкнула Сьюзи и указала в сторону въезда на площадь.

Там стояла тройка автомобилей, у одного из которых стоял Никодим с недовольной миной и Василий, который что-то рассказывал и указывал в его сторону.

Федор двинулся в его сторону, но голос Карла заставил его остановиться.

— Я бы на твоем месте не стал, — произнес он, поглядывая на Никодима.

Федор слегка замешкался, глянул на ребят и мотнул головой.

— Так надо, — буркнул он и двинулся.

Парень шел к отцу, не отрывая от него взгляда. В груди нарастало волнение, но он старался держаться ровно, с достоинством: расправленные плечи, ровная спина, прямой уверенный взгляд.

Шаг за шагом по каменной площади. Вроде бы не далеко, но каждый шаг с трудом. Через страх, через волнение, с поднятой головой и прямой спиной.

Оставалось всего с десяток шагов, когда в ногах появилась дрожь, но Федор с шага не сбился.

Остановившись возле отца, что полностью игнорировал его присутствие, Горт младший взглянул на Василия, что засовывал сумки и чемоданы в багажник.

Вернув взгляд на отца, Федор произнес:

— Я прошел, — уверенно заявил он. — Я буду магом…

Василий, до этого собиравшийся захлопнуть багажник, замер. Он внимательно смотрел на младшего брата, ожидая, что ответит отец.

— Буду уважаемым человеком, а не сапожником, — спокойно продолжил Федор, не отводя взгляда.

Отец так же молча продолжал смотреть на толпу. У Федора начали сдавать нервы и слегка потряхивать руки. Понимая это, он убрал их за спину и ухватился одной за запястье другой.

— Я могу больше, чем ученик сапожника, — произнес он, шмыгнул носом и добавил: — Я достоин большего.

Никодим спокойно протянул руку, открыл дверь магомобиля, а затем забрался внутрь. Захлопнув дверцу, он приоткрыл окно и уставился вперед.

— Посмотри на меня! — не выдержал Федор и сорвался на крик. — Я буду магом! Слышишь?! Я здесь! Я существую!

Никодим взглянул на сына. Осмотрел его с ног до головы и спросил:

— Про калитку помнишь?

Федор сглотнул, но не ответил.

— Хорошо, — ответил отец и закрыл оконце, скомандовав: — Поехали!

Василий захлопнул багажник, растерянно подошел к двери на заднее сиденье и глянул на Федора, на котором не было лица. Прикусив губу, он тяжело вздохнул и юркнул в магомобиль, который тут же двинулся прочь.

Федор так и остался стоять на площади, провожая взглядом удаляющийся автомобиль.

Отступила дрожь, пропал страх, напряжение спало, но вместе с ним в груди и голове парня образовалась пустота.

— Федь… — раздался неуверенный голос Сьюзи за спиной. — Федя…

Рядом с ней стоял Карл, придерживая девушку за локоть.

— Не стоит… не сейчас, — шептал он ей.

— Федор! — надавила голосом Сьюзи.

Парень дернулся, глянул на двоюродную сестру, на друга и растерянно хлопнул глазами.

В этот момент в него и влетел Константин, чуть не сбив с ног.

— Выродок! Кто тебя просил?! — с рыком произнес он и неумело ударил его в грудь. — Кто дал тебе право вмешиваться?!

Совершенно потерянный Федор даже рук не поднял, хотя в деревенских драках участвовал.

— Ублюдок! Это было мое испытание! Мое! — рыкнул Кузнецов младший, замахнулся и попытался ударить Горта по лицу, но только едва задел. — Кто дал тебе право вмешиваться?

Не останавливаясь, он еще два раза ударил парня в грудь, отчего тот пошатнулся и растерянно упал на спину.

— Что ты себе позволяешь?! — рыкнул Кузнецов старший, подскочивший к сыну.

— То, что считаю нужным! — огрызнулся тот, рванул было к Федору, но тут Семен Гаврилович перехватил его за рукав. — Это бой за честь! Он не имел права вмешиваться и…

Кузнецов старший рыкнул ему в лицо:

— Так честь не отстаивают! Не так и не здесь! — указал он на толпу, среди которой люди уже поглядывали в их сторону.

Константин злобно глянул на них, потом на Горта, что привстал и глянул на Карла. Тот одними губами произнес ему: «Не вставай!».

— Ненавижу, — процедил он, развернулся и пошел к месту, где ученики уже вставали в положенных местах.

Кузнецов старший проводил его взглядом, затем повернулся к Федору и кивнул.

— Спасибо, — тихо произнес он и направился за сыном.