– Что, хочешь повеселиться перед смертью? – намекающе спросил этот озабоченный. – Уж извини, но ты не в моем вкусе, – фыркнул мужчина.

– Достаточно, – холодно произнес еще один голос.

И тут все внутренности Джея заледенели. У него могли быть шансы против Би и Зета. Эти двое были не особо сильны, особенно по меркам ветерана Нового Мира. Би был заторможенным и малоинициативным, а Зет слишком неуравновешенным и нестабильным. Даже если их было двое одновременно… у величайшего снайпера в мире оставались хоть какие-то шансы. Но этот голос…

– Ты, – прохрипела лежащая на циновке Нами. Ее лицо было искажено ужасающей по силе ненавистью, – Убийца, – прорычала рыжеволосая женщина.

В пещеру медленно вошла спокойная, темноволосая девушка с необычными, будто соколиными глазами. Как только она вошла, Зет сразу подобрался как настороженный дикий зверь, а Би оставался, как всегда, совершенно равнодушен.

М-19 проигнорировала лежащую на полу Нами. Ее глаза были устремлены только на Усоппа. Как всегда. С того самого дня, как она увидела его в первый раз… этот сумасшедший агент СР9 продолжал пристально, неотрывно на него смотреть. Усопп напряженно сжал зубы и старательно спокойно выдохнул. Итак… шансы на победу исчезающе малы. Конечно, этой Эм очень далеко до Зоро в своих навыках… вот только Зоро больше нет. Больше никого нет. Остался только Усопп. Поэтому он должен сделать все, что в его силах.

– Ты слаб, – спокойно сказала Эм. Как всегда. – Ты ужасающе слаб, но продолжаешь думать, что можешь что-то изменить. Продолжаешь смотреть этими наглыми, расчетливыми глазами… как глупо, – равнодушно сказала женщина.

После чего в воздухе раздался резкий свист и… пытающуюся встать с циновки женщину разрезало на две равные части. Глаза Нами удивленно расширились, будто она не совсем поняла, что произошло. Женщина медленно подняла руку и дотронулась до разделяющей ее сплошной раны.

– Нами! – истошно крикнул Усопп, резко рванув вперед.

После чего ощутил, как чья-то нога резко припечатала его к полу. Нами медленно подняла голову и рассеянно посмотрела в сторону извивающегося на полу Усоппа. Она открыла рот, но не смогла произвести ни единого звука… ее губы просто сложились в слово:

– Прос-ти.

После чего ее рука упала на пол, и она замолчала навсегда.

– Нами… – медленно сказал Усопп. – Нами… Нами…

И тут он ощутил, как кто-то крепко схватил его подбородок и повернул к себе. На него уставились болезненно сосредоточенные соколиные глаза. Спустя несколько секунд, они стали странно расплываться, будто его совершенное зрение начало терять четкость.

– Теперь лучше, – спокойно сказала Эм.

За все время она так и не взглянула в сторону девушки, чью деревню хладнокровно уничтожила собственными руками. Губы Усоппа сильно задрожали, и он вытянул руку, чтобы ударить этого монстра... но на пол пути будто потерял все свои силы, и кулак безвольно опустился на землю.

В небольшой пещере повисла тяжелая, полная ужасающей напряженности тишина.

– Убей меня, – тихо сказал Усопп.

У него больше не осталось причин влачить этого жалкое, бессмысленное существование. Соколиные глаза хищно прищурились, а пальцы сильнее сжали подбородок.

– Я вижу ты так и не осознал, – тихо сказала Эм. – Слабые не могут ничего просить, – почти нежно произнесла девушка.

После чего ее пальцы отпустили его челюсть, и голова снайпера упала на каменистый пол пещеры.

– Проследите, чтобы он не покончил с собой, пока не прибудет в Импел Даун, – сухо приказала Эм. – Полагаю, куратор будет взволнован идеей поселить члена команды Мугивар на нижнем уровне, – холодно произнесла девушка.

– Есть, мэм, – равнодушно сказал Би.

Зет нервно оттирал пятно крови Нами от своей кожи. Спустя несколько секунд он не удовлетворился результатами и начал нервно расчесывать это место.

– Убей… убей меня, – тихо сказал Усопп. – Я… я прошу тебя… я…

– Я прошу тебя… – монотонно произнес Джей, раскачиваясь из стороны в сторону. – Убей меня. Убей меня. Пожалуйста… убей меня… – продолжал бормотать сидящий на каменном полу парень.

Вся его фигура сжалась в дрожащий комок, а пальцы болезненно сильно впились в волосы. Его застывшее лицо было залито слезами, неконтролируемо текущими из глаз, а сами глаза были расфокусированы и полны омертвелого, прогорклого отчаяния.